Оборванные нити. Том 2 — читать онлайн бесплатно полностью

Не стесняясь в выражениях, перечислил все недостатки и огрехи, которые выявил в течение первой недели пребывания в должности. Особенно возмутили его незахороненные трупы из третьей холодильной камеры. И последним, самым мелким и гадким штришком, оказались пустые бутылки из-под спиртного, стыдливо попрятанные в углы кабинетов. Он и в углы заглянул, не поленился, хотя ловил при этом удивленные и даже презрительные взгляды обитателей лабораторий и ординаторских.

— За пьянку на рабочем месте буду увольнять без разговоров, — заявил он. — За каждый недобросовестно исполненный акт — выговор. Править текст ни за кем не буду. Переделывать будете сами столько раз, сколько я скажу, но ни один документ, за который мне будет стыдно, из стен нашего Бюро не выйдет.

Он хорошо помнил, как бесконечно переделывал свою многострадальную статью для ВАКовского журнала. Ничего, не переломился. И они не переломятся.

Он готовился к планерке, потому что понимал: просто руганью и перечислением недостатков с угрозами уволить ничего не добьешься. Нужен план, нужна какая-то программа действий, нужно сформулировать задачи и распределить обязанности, чтобы каждый точно знал, что и как ему делать, чтобы через какое-то время Бюро судебно-медицинской экспертизы заработало как отлично смазанный и отлаженный механизм.

Его слушали внимательно, но никакой радости на лицах присутствующих он не видел.

И заключительный аккорд, который тоже пришел ему в голову ночью и который он решил взять громко и значительно:

— Задачи я сформулировал, ответственных за исполнение назначил. England expects that every man will do his duty. Для тех, кто не понял — переведу: «Англия ожидает от каждого, что он выполнит свою обязанность». Так сказал адмирал Горацио Нельсон двадцать первого октября тысяча восемьсот пятого года по поводу Трафальгарского сражения. А если кто снова не понял, интерпретирую: я жду от вас работы с полной отдачей. Каждый должен выполнять свои обязанности. На сегодня все. Всем спасибо, все свободны.

Ответом ему были хмурые раздраженные взгляды. На лицах экспертов читалось: «Московский пижон, выпендрежник, что он о себе возомнил?» Улыбались только Изабелла Савельевна и Таскон.

Светлана тоже присутствовала на планерке: Саблин решил ввести новый порядок, в соответствии с которым должен вестись протокол. Каждое слово следует записать, чтобы потом никто не мог отвертеться, прикрываясь тем, что «я не знал, вы не говорили». Раньше, при Двояке, этот номер легко прокатывал, потому что планерки проводились в понедельник по утрам, а утро после двух выходных дней всегда бывало для Георгия Степановича временем мутным, наполненным головной болью и тяжким похмельем, и он плохо помнил, что говорил.

Саблин вернулся в кабинет, и к нему тут же зашла Светлана.