Оборванные нити. Том 2 — читать онлайн бесплатно полностью

При условии, конечно, что автомобиль был с левым рулем. А искореженная «Мазда» была именно такой. Теперь надо окно проверить.

Сергей взял уголовное дело, отыскал фототаблицу с осмотра места происшествия. Вот «Мазда» европейской комплектации с левым рулем, в деформированном проеме окна дверцы со стороны водителя не заметно ни целого стекла, ни его фрагментов. Почему? Да потому, что в момент аварии стекло окна здесь было полностью опущено внутрь дверцы. Стало быть, вполне можно предполагать, что левый локоть водителя мог быть выставлен в проем окна. И у пострадавшей Ирашиной, как отмечено в экспертизе, «открытый перелом локтевого отростка левой локтевой кости». Появлялись все основания утверждать, что за рулем автомобиля находилась именно дочка директора фабрики.

Он вспомнил разговор с Сумароковой и еще раз внимательно перечитал заключение эксперта амбулаторного приема по оставшейся в живых дочке директора обогатительной фабрики. Эксперт, которого Изабелла Савельевна, не скрывая сарказма, назвала принципиальным, ограничился шаблонными выводами о том, что «…имевшиеся у гр. Ирашиной О. И. повреждения возникли в результате воздействия тупого твердого предмета (предметов). В том числе возможно их образование в условиях дорожно-транспортного происшествия в результате удара (ударов) о детали салона автомобиля, при обстоятельствах и в срок, указанный в постановлении. Данные повреждения в своей совокупности повлекли длительное расстройство здоровья более 21 дня и по данному признаку причинили средней тяжести вред здоровью…». Такие расплывчатые выводы характерны вообще для подавляющего большинства экспертиз живых лиц по всей России, особенно по делам о ДТП. Выводы ни к чему не обязывающие, тяжесть вреда здоровью установлена, отмечено, что повреждения могли образоваться при обстоятельствах, указанных в постановлении. А когда следствие придет к какому-нибудь решению и установит окончательно все фактические обстоятельства дела, то такое заключение эксперта отлично подойдет при всех вариантах. Иными словами, лицо, проводящее расследование, при помощи «советчиков» и «консультантов» из числа заинтересованных граждан принимает решение: кто должен оказаться виноватым. Затем под это решение подгоняются фактические обстоятельства, а если они подгоняются плохо, то их можно подкорректировать, придумать заново или удачно забыть. И вот к этой готовой, всем удобной и, не исключено, что хорошо проплаченной схеме прикладывается, как гайка к болту, расплывчатое заключение судебно-медицинского эксперта.

Большего от «принципиального» специалиста и не требовалось.