Кто бы не желал такого для человека, который ему очень даже нравится?
И тут его губы коснулись моих, его язык проник внутрь, и хотя я никогда этого не делала и только читала о таком в «Севентин», в этом не было ничего неприятного, или неловкого, или чересчур противного. Я откуда-то знала, куда повернуться, когда приоткрыть губы, а когда закрыть, как дышать. Его ладони легли на мои лопатки, на то место, которое ты однажды сломала, туда, где у меня были бы крылья, родись я ангелом.
Помещение вращалось, осталась лишь голубая вода и эти бескостные акулы. И я поняла, что Сара кое в чем ошиблась, говоря про секс: волноваться стоило не за трещины, а за то, что ты полностью растворяешься — по доброй воле теряешься в другом человеке, забываешься в блаженстве. Горячие пальцы Адама легли мне на талию, приподнимая края футболки, но я боялась прикоснуться к нему, боялась сдавить его слишком сильно и навредить.
— Не бойся, — прошептал он и положил мою ладонь себе на грудь, дав ощутить сердцебиение.
Я подалась вперед и поцеловала его. И снова. Будто передавала ему молчаливые слова, которые не могла произнести, которые объясняли мой самый большой секрет: может, я и не болела НО, но знала, как он себя чувствует. Ведь я тоже все время разваливалась на части.
В самолете по пути домой я составила план. Когда мы приземлимся, я позвоню Шону и попрошу его зайти на разговор. Скажу, что хочу бороться за то, что было между нами, так же как хочу бороться за твое будущее. Мне нужно завершить начатое, но я не смогу сделать это без его понимания, если не поддержки.
Скажу, что люблю его.
Поездка была довольно странной. Ты очень устала после трех дней общения с другими детьми с НО и немедленно уснула, сжимая в руке список адресов электронной почты своих новых друзей. Амелия ходила задумчивой с самого нашего визита в зоопарк, хотя, скорее всего, это последствие моего яростного выговора после того, как она пропала на два часа. Когда мы приземлились и собрали наш багаж, я сказала вам сходить в уборную: нам предстояла долгая поездка из аэропорта Логан до Бэнктона. Я поручила Амелии помочь тебе, если понадобится, а сама встала охранять нашу тележку с багажом на улице. Мимо прошло несколько семей, маленькие дети нацепили уши Микки-Мауса, матери и дочери могли похвастаться одинаковыми африканскими косичками и загаром, отцы несли кресла для машины. В аэропорту все либо счастливы перед предстоящим путешествием, либо радуются возращению домой.
Я не испытывала ни того, ни другого.
Достав мобильник, я позвонила Шону. Он не ответил, однако на службе он всегда так делал.
— Привет! Это я. Просто хотела сказать, что мы приземлились. И… я тут много о чем думала. Можешь заехать сегодня вечером? Поговорить.