Я спросила про Ниам…
Я одела тебя в пижаму и уложила в постель, поцеловав на ночь. Час спустя я пошла проверить Амелию, которая уже лежала в кровати, но вдруг услышала, как она шепчет, и стащила одеяло, обнаружив ее с телефоном.
— Ну что! — воскликнула она, будто я ее в чем-то обвиняла.
Амелия прижала трубку к груди, как второе сердце. Я вышла из комнаты, слишком истощенная эмоционально, чтобы думать о том, что она скрывает. Возможно, она научилась этому у меня.
Когда я спустилась на второй этаж, в гостиной мелькнула тень, перепугав меня до смерти. Вперед вышел Шон:
— Нет… не надо, хорошо? — сказала я, кладя руку поверх бешено стучащего сердца. — Девочки уже спят, если ты пришел их навестить.
— А тебя это волнует?
— Конечно. Почему, как ты думаешь, я так поступаю?
Из моего рта раздался сдавленный звук.
— Шон, я и правда не знаю. Понимаю, что у нас все было далеко не идеально…
— Это еще мягко сказано…
— Но это словно ампутировать руку из-за заусенца, понимаешь?
Он прошел за мной на кухню, где я насыпала порошка в посудомойку и надавила на кнопки.
— Это больше чем заусенец. У нас открытая рана. Ты можешь что угодно говорить про наш брак, но это не обязательно правда.
— Значит, единственное решение — это развод? — потрясенно спросила я.
— Я не видел другого выхода.
— А ты пытался? Знаю, было тяжело. Знаю, ты не привык, что я стою горой за что-то, что нужно мне, а не тебе. Но Шон! Ты обвиняешь меня в пристрастии к судебным тяжбам, а потом подаешь на развод? И даже не поговорив со мной? Ты не пробовал консультации по вопросам брака или обратиться к преподобному Грейди?
— Шарлотта, и что бы это дало? Ты уже долгое время слушаешь только себя. Все это случилось не за одну ночь. Прошел год. Целый год я ждал, когда ты проснешься и увидишь, что сделала с нашей семьей. Год сожалений, что ты не вкладываешься в наш брак так же, как в заботу об Уиллоу.
Я внимательно посмотрела на него:
— Ты сделал это, потому что я была слишком занята, чтобы заниматься сексом?
— Нет, видишь, я об этом и говорю. Ты переиначиваешь мои слова. Шарлотта, я здесь не злодей. Я тот, кто не хотел ничего менять.
— Верно. А тем временем мы просто будем сидеть на том же месте, стараясь удержаться на плаву… сколько еще лет? В какой момент мы столкнемся с взысканием имущества или объявим себя банкротами?
— Прекрати делать вид, что все дело в деньгах…
— Однако все дело в деньгах! — выкрикнула я. — Я только что провела выходные с сотнями людей, которые ведут богатую, счастливую, продуктивную жизнь с НО. Это преступление — желать таких же возможностей для Уиллоу?
— И сколько из тех родителей подали иск на незаконное рождение? — укоризненно спросил Шон.
На мгновение я увидела лица тех женщин в уборной, которые осуждали меня.