— Я же сказал тебе, просто забудь…
— Вовсе не о том, что случилось днем. Речь о твоей дочери. Думаю, у нее булимия.
— Шон, у тебя еще одна дочь. Я говорю об Амелии.
Дверь была широко распахнута, и мы оба дрожали. Я отступил в сторону, чтобы пропустить Пайпер. Она нервно остановилась в коридоре.
— С Амелией все в порядке, — сказал я.
— Булимия — это пищевое расстройство. Человек, страдающий этим заболеванием, тщательно охраняет свою тайну. Эмма слышала, как ее тошнит поздно вечером. И во время последнего осмотра Роб заметил, что у нее разрушена эмаль на внутренней стороне зубов, что может быть вызвано постоянной рвотой. Можешь ненавидеть меня за этот разговор, но, учитывая, что сейчас ночь, я бы лучше спасла жизнь Амелии, чем знала, что у меня была такая возможность, а я ничего не сделала.
Я посмотрел на лестницу. Амелия была в душе или, по крайней мере, так сказала. Она не пошла бы в вашу общую ванную, а вместо этого использовала комнату, смежную с нашей хозяйской спальней. Хотя я убрал все следы того, что произошло с тобой, Амелия сказала, что это все равно пугало ее.
Будучи офицером полиции, мне приходилось иногда ставить под сомнение границу между личной жизнью и ролью родителей. Я повидал достаточно подростков, которые снаружи казались совершенно приличными, а потом их брали за хранение наркотиков, кражу или вандализм. Я знал, что люди не всегда такие, какими ты их хочешь видеть, особенно если им от тринадцати до восемнадцати лет. Шарлотте я не говорил, но иногда я проверял шкафчики Амелии, пытаясь найти то, что она могла прятать. Я никогда ничего не находил. Но опять же, я искал наркотики, алкоголь и не подумал бы обратить внимание на следы пищевого расстройства. Я бы даже не знал, что именно искать.
— Она же не худая, как дистрофик, — сказал я. — Может, Эмма ошиблась.
— Страдающие булимией не доводят себя до голода, они переедают, а потом вызывают рвоту. Потерю веса и не заметишь. И есть еще кое-что, Шон. В школе, в туалете для девочек, Эмма видела, как Амелия порезала себя.
— Порезала? — повторил я.
— Как бритвой, — ответила Пайпер, и я вдруг понял. — Просто иди и поговори с ней, Шон.
— И что мне сказать? — спросил я, но она уже вышла за дверь.
Пока Амелия мылась в душе, я слушал, как бежит по трубам вода. По тем самым трубам, ремонтировать которые мы вызывали сантехника четыре раза за прошедший год, а они все так же протекали. Он сказал, что дело в кислоте, но я на тот момент решил, что это ерунда.
