Философский роман о двойственности человеческого существования. Автор исследует, как каждый выбор, каждый шаг на жизненном пути имеет скрытую цену. Произведение погружает читателя в размышления о природе добра и зла, о том, какие последствия влекут за собой наши поступки и решения.
— А теперь перемести нас в долину, только не в поселок, а к западным воротам.
От ворот начиналась старая разбитая дорога, которая когда-то вела к морю, а сейчас в никуда, потому что всего в нескольких сотнях шагов от поселка начиналось болото, давно поглотившее остальную часть дороги и грозившее в ближайшее десятилетие поглотить и сам поселок.
Край болота, прилегающий к деревне, был давно изучен и истоптан тропинками — туда ходили за грибами и ягодами, охотились и ловили съедобных лягух. Дальше начинались дикие места, куда решались соваться только самые отважные и опытные охотники. Там запросто можно было заблудиться в зарослях, провалиться в трясину или попасть в зубы многочисленным хищникам.
— Иди в поселок, — сказал Кайден телепортисту, с интересом ожидающему, что будет дальше. — Скажи, чтобы приготовили машину. Мне надо будет кое-куда этого мерзавца отвезти. Я сейчас привяжу его, чтобы не сбежал, и вернусь. А ты следуй за мной и не отставай.
Не отставать у недоеденного смертника не очень-то получалось. Хотя боли он сейчас не чувствовал, поврежденные мышцы работали плохо и левая нога больше мешала при ходьбе, чем помогала. Он молча ковылял в указанном направлении, не жалуясь и ничего не спрашивая. Даже когда отставал, продолжал молчать — ждал, когда провожатый сам заметит и остановится. Взгляд его стал немного более осмысленным, но ни интереса к происходящему, ни воли к сопротивлению, ни страха перед неизвестным будущим в нем не появилось. Кайден искренне надеялся, что желания жить его спутник тоже не испытывает.
Когда поселок стал не виден за деревьями и буйно разросшимися кустами дикой краснушки, он подвел пленника к подходящему на вид дереву и велел сесть. Тот послушно опустился на землю, не выпуская из рук костыль, и уставился на Кайдена с безмолвным вопросом.
— Через четверть часа я вернусь с машиной, — кратко изложил тот, — и отвезу тебя в надежное место, где мы сможем продолжить наше познавательное общение.
Он вытащил из-за пазухи припасенный заранее моток веревки, с нарочитым сомнением оглядел сначала дерево, затем сидящего под ним человека и словно сам себе сказал:
— Пожалуй, можно и не привязывать, куда он убежит на одной-то ноге…
И как бы невзначай уронил веревку на мягкий мох.
Шпион не шелохнулся. Он несомненно заметил, куда упала веревка, но не двинется, пока нежелательный свидетель не отойдет подальше.
