В тени закрытых окон черного ночного города скользит ночной таинственный путь. Здесь рассветы над Даэн-Риссом кажутся особенно захватывающими — когда его королевский гвардеец Шеллар III смотрит на них из высот башни. Однако красота заключена в глубине секретов и скрытых тайн, что угрожает всему этому великолепию....
В пустошах, конечно, водилось множество «съедобной живности» — или хотя бы условно съедобной, но все эти многочисленные виды гигантских грызунов и карликовых копытных были не очень-то легкой добычей. Поколения естественного отбора научили их укрываться и от более стремительных и маневренных хищников, чем человек. — А то уже и жрать хочется…
— Не одному тебе. Причем не знаю, как ты, а голодный я становлюсь невыносим в общении, как любит повторять мой кузен…
— Это тот самый, о котором мне Мафей все уши прожужжал, или у вас их несколько?
— Один он у нас.
Витька тоскливо покосился на убаса, по-прежнему спавшего беспробудным сном смертельно уставшего человека, и понял, что увести разговор в сторону никто ему не поможет. Пришлось поведать любознательному пришельцу о последнем пророчестве Нарны, снабдив его на всякий случай собственными комментариями, чтобы доверчивый герой не вздумал принять всю эту галиматью за руководство к действию.
— Ты напрасно так легкомысленно относишься к пророчествам, — с легкой укоризной заметил он, когда рассказчик умолк. — Это может быть действительно серьезно.
— Я тебя умоляю! Как можно серьезно воспринимать пророчество, которого на самом деле никто не знает! То, что дошло до нас, — многократно искаженный вариант косноязычного пересказа больным на голову дикарем слишком сложного для его понимания текста, услышанного в состоянии шока и тяжкого душевного потрясения.
— Например, вот мы с тобой. Ты и я. Судьбе пришлось стащить нас из разных миров, чтобы мы встретились, но вот мы вместе, и в нас узнают героев пророчества.
— Ага, и мы с тобой боги."
"— Вот как раз насчет богов — это уже чья-то буйная фантазия постаралась. Или фанатичная религиозность. Показалось очередному рассказчику, что обычные люди — это недостаточно впечатляюще, и превратились герои в богов. А что там говорилось о падении Оазисов? Это правда? Повелитель действительно захватил ваши города?
— Правда, — неохотно признал Витька. — Наш был двадцатый по счету.
