В тени закрытых окон черного ночного города скользит ночной таинственный путь. Здесь рассветы над Даэн-Риссом кажутся особенно захватывающими — когда его королевский гвардеец Шеллар III смотрит на них из высот башни. Однако красота заключена в глубине секретов и скрытых тайн, что угрожает всему этому великолепию....
Просто наговорил мне гадостей.
— Кайден, — миролюбиво поинтересовался Шоши, разливая чай, — скажи честно: ты его убил?
— Я его не убивал. Клянусь чем угодно, я желал ему смерти, но я пообещал нимфе не убивать его, и я действительно даже не прикоснулся к нему. Он и впрямь сбежал и утонул в болоте. Теперь он обращается со мной так, будто я утопил его своими руками. Грозится, что за него отомстят, издевается надо мной, позволяет себе грязные намеки насчет Анари… Самое ужасное, что он может кому угодно наговорить обо мне чего угодно, и как мне потом доказывать, что это неправда? А он обязательно это сделает, он, похоже, настроен сжить меня со свету или хотя бы сделать мою жизнь невыносимой.
— Если ты его не убивал, тогда почему он так тебя ненавидит? Он знал, что ты желал ему смерти?
— Конечно, знал. Когда Повелитель собирался его казнить, я при этом присутствовал и просил разрешения поучаствовать.
— Значит, он просто остался из-за того, что его тело не нашли и не похоронили. А к тебе пристает потому, что… ну не к кому ему больше приставать. Сначала его истязали, потом он по-дурацки погиб, отсюда обида и злость, стремление поквитаться.
— Спасибо за разумное объяснение, но мне от этого не легче. Его можно утихомирить?
Шоши задумался.
— Чтобы надежно упокоить бродячую посмертную сущность, надо найти тело. Вряд ли нам удастся как-либо добыть его из болота. Мы даже не знаем, где именно он утонул, чтобы совершить похоронные обряды над этим местом. Я попробую его изгнать, но получится ли из этого что-либо — не уверен.
— По… помириться?! — Кайден от возмущения даже заикаться начал. — С… с ним?
Шоши поднял взгляд от плошки с топленым маслом, в которое сосредоточенно макал кусочек лепешки, и с мягкой укоризной улыбнулся. Точь-в-точь как это делал Райлин.
— Ты все еще ненавидишь его. Даже теперь, когда он мертв.
— А у меня нет на то причин?
— Смерть должна закрывать все счета.
