Там встречали земляков и друзей едва ли не с оркестром, так соскучился Петро по жене и сыну. Да и офицеры были наслышаны о нападении англичан на магаданский конвой, доставлявший в Королевец долгожданные товары.
Потому никто из них не удивился, когда, после выгрузки долгожданных гостинцев, Петро собрал совещание, на котором высказал идею «пошевелить» англичан. Такое определение понравилось рвавшимся в бой офицерам, потому идею подполковника приняли на «ура». За две недели переоборудовали трофейные шхуны, установили на них запасные пушки, сняли дульнозарядные раритеты. Заменили часть экипажей, которым Петро лично поставил задачу, написал чёткие инструкции. Собственно, все солдаты понимали, что без добычи они пропадут, на шее у Мурманска никто им висеть не даст. К этому пониманию приложили руку офицеры, сержанты и помогли еженедельные политинформации, за проведением которых строго следила Елена Александровна, в отсутствие Петра.
Политически подкованные магаданские каперы, каждому из которых не поленился выписать патент главнокомандующий Головлёв, отплыли из Королевца поздней осенью. Вместе с флотилией, возвращавшейся в Мурманск, с закупленным зерном и тканями. Активная армейская операция потребовала слишком много средств, которые Форт-Росс и Мурманск выдали Западному Магадану в кредит, оформленный лишь в совести каждого из командиров. И Петро боялся исчерпать этот кредит доверия, разрушить всю экономику магаданцев. Именно поэтому он попросил доставить в Королевец все свободные запасы картошки, которые намеревался высадить весной, сократив зависимость нового государственного образования от закупки продуктов питания.
С прибытием Ларисы в Королевец возобновила работу школа для магаданских детей, куда сразу же попытались пристроить своих деток богатые горожане. Пришлось организовать для новичков курсы обучения магаданскому языку и письменности. Потом в Королевец пришли две тысячи девушек из Львова, отчего Лариса потеряла покой и сон. Симпатичные и ядрёные хохлушки выглядели гораздо привлекательнее худощавых варшавянок, на взгляд жителей шестнадцатого века, конечно. Лариса не сразу поняла это, продолжала удивляться неправильным дружинникам, предпочитавшим упругих толстушек, нежели худеньких брюнеток с впавшими глазами. Вкусы шестнадцатого века радикально не совпадали с двадцать первым веком.
Петро не расслаблялся, занимаясь лишь новым домом, от офицеров связи поступали регулярные доклады. Шеттингоф захватил Вильну, которую не стал грабить, остановившись в окрестностях одной из столиц Речи Посполитой на зимние квартиры. За зиму отряды шведов приступили к освоению сельских окрестностей захваченных городов.