Володя Старинов, сирота из России, попадает в чужой мир, где благодаря доброте и мужеству становится герцогом. Спасая девочку от волков и исцеляя смертельно больного принца, он обретает новую семью и находит своё место в этом странном королевстве, став надеждой для его обитателей.
Раздел Chitat.online для книги «Обретение дома» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Володя Старинов, сирота из России, попадает в чужой мир, где благодаря доброте и мужеству становится герцогом. Спасая девочку от волков и исцеляя смертельно больного принца, он обретает новую семью и находит своё место в этом странном королевстве, став надеждой для его обитателей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Садов Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Володя Старинов, сирота из России, попадает в чужой мир, где благодаря доброте и мужеству становится герцогом. Спасая девочку от волков и исцеляя смертельно больного принца, он обретает новую семью и находит своё место в этом странном королевстве, став надеждой для его обитателей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Князь в раскладе Локхера величина еще непонятная, и давать ему такой вес, какой он приобретет после подобного брака, никак не поспособствует спокойствию в королевстве. Слишком многие будут недовольны, и если сейчас партии при дворе грызутся между собой, то такой поворот мигом сплотит их против Вольдемара, а у него никакой поддержки. То есть вообще никакой. За ним нет сильных родственников, нет союзников.
– А Эндон – простой барон.
– Эндон сам по себе величина пустая, но за ним стоит клан Лодерских, а это вместе с их вассалами как минимум треть королевства. В свое время отцу Артона удалось перетянуть их на свою сторону в Совете именно обещанием этой свадьбы. И Артон после смерти отца сел на трон без особых проблем только потому, что за ним стоял герцог Лодерский.
– Я слышала, что он погиб. Разве это не ослабило их?
– Ослабило, но не так сильно, чтобы король мог бросить им вызов.
– То есть ему этот брак не нравится?
– Этот брак не нравится в первую очередь принцессе, а Артон слишком любит ее, чтобы не прислушиваться. Но и Ортиния понимает политические расклады и ради собственных хотений не станет осложнять ситуацию, тем более во время войны. Потому Лодерские враждебны новому герцогу, они чувствуют в нем угрозу. Если король найдет в нем новую опору, их позиции пошатнутся.
– А вы…
– А я стараюсь содействовать этому. Как советнику короля мне не нравится то влияние, которое они заимели, пока Артон был неопытен.
– И какова моя роль?
– Если получится со свадьбой – отвести от Вольдемара угрозу объединения всех партий против него. В нем уже почувствовали восходящую силу, хотя пока еще и пытаются оправдать его успехи простым везением. Но что-то мне подсказывает, что князь так просто не утихомирится. Значит, скоро должна начаться борьба за то, чтобы перетянуть его на свою сторону. Перетянуть любым способом. И в процессе борьбы, вполне возможно, все придут к выводу, что без князя будет спокойней. Слишком он раздражающий фактор.
– И как я сумею его защитить? – Риола, пораженная такой откровенностью и масштабом задействованных сил, растерялась.
– Исчезнет одна из возможностей перетащить князя на свою сторону.
– Полагаете, мое присутствие их остановит? – поежилась девушка. – Я читала в хрониках, как решалась такая проблема. За мной ведь тоже никого нет.
– Во‐первых, за тобой я, раз уж я выступаю сватом. Во‐вторых, как я понял, принцесса хотя и может не так уж много, но это «не так уж много» намного больше, чем у иного графа, не говоря уже о том, что к ней прислушивается Артон. В‐третьих, Артон тоже выступит на твоей стороне. Ну и, в‐четвертых, самое главное, если князь кого-то решает защищать, то я очень не позавидую тем, кто рискнет покуситься на тех, кто ему дорог.
