Риола смотрела через холодное окно замка, наблюдая за дорогой к воротам. Она вздохнула, осознав, что дядюшка выглядит крайне недовольным. Казалось, она поступила очень глупо, даже случайно перепутав направление. Теперь он настаивает на замужестве и даже обещал превратить ее в евнуха, если она не согласится....
Он сейчас наверняка мечтает о спокойствии домашнего очага, о возможности проводить время с близкими. Вся эта слава и награды для него пустой звук.
Артон моргнул.
– Эм… мы говорим об одном человеке?
– Ваше величество, смею уверить, что вы не общались с ним настолько близко, чтобы понять его… да и… – Герцог замялся.
– Говорите уже прямо, – поморщился король, – у меня недостает жизненного опыта. Просто действия Вольдемара и ваши слова… они ведь противоположны.
– Отнюдь. Все его действия вынужденны, и он поступает именно так, чтобы создать для себя тот самый очаг, о котором и мечтает.
Артон с интересом вскинул брови. Выслушал рассказ герцога и на миг растерялся.
– Вы сказали ему, что Аливия не сможет найти свое место, потому что для купеческой дочери она уже слишком независимо воспитанна и ведет себя неподобающе и что как сестру никому не известного князя ее не примут?
– Только если за ним будет стоять определенная сила.
– Подожди. – Артон даже головой помотал.
– Именно.
Снова молчание.
– Вроде бы я слышал, что какие-то наемники отправились в герцогство, пока там нет войск.
– Я отправил туда отряд, едва узнал об этом. Но тот, кто это сделал, совершил самую большую ошибку в жизни. Вольдемар не простит. Никогда. И не успокоится, пока не доберется до того, кто это сделал.
Артон эту фразу, похоже, пропустил мимо ушей, все еще переваривая предыдущую новость.
– От каких незначительных событий порой зависят судьбы королевств… И что вы предлагаете?
– Пока дать Вольдемару то, что он хочет. Хочет он домашний очаг и безмятежное спокойствие? Пусть. Два-три года мы обойдемся без него, тем более что придется делать очень непопулярные вещи и заниматься… чисткой… м‐да. Я уже старик, поэтому возьму грех на свою душу. Надеюсь, Возвышенные Боги зачтут, что кровь мятежников будет пролита мною не ради власти, а для защиты трона и королевства.
Король нахмурился. Хотел что-то сказать, но передумал. Покачал головой:
– Это точно необходимо?"
"– Если проблему не решить, то потом придется действовать намного жестче. Именно сейчас мы имеем уникальный шанс обойтись меньшей кровью. Намного меньшей.
