Риола смотрела через холодное окно замка, наблюдая за дорогой к воротам. Она вздохнула, осознав, что дядюшка выглядит крайне недовольным. Казалось, она поступила очень глупо, даже случайно перепутав направление. Теперь он настаивает на замужестве и даже обещал превратить ее в евнуха, если она не согласится....
При этом офицер постарался убедить князя немедленно отправиться к королю.
– Да я только с дороги! – возмутился князь. – Мне хотя бы переодеться!
Офицер ненадолго задумался, потом нехотя кивнул.
– Только постарайтесь не задерживаться, милорд, – почти попросил он. – Его величество уже спрашивал про вас.
– Постараюсь.
Князь хотел не столько переодеться, сколько побеседовать с Джеромом, дабы тот ввел его в курс дела. Хоть он и писал письма, но в письмах всего не скажешь… Джером, кажется, и сам сообразил, поскольку уже дожидался своего сеньора около выделенной ему комнаты.
– То, что вы ломанулись за этим герцогом Нинсельским, ваш просчет, но рефлексы мне нравятся, – подвел итог услышанному князь.
– Что, простите?
– Рефлексы. Раз вцепился во врага, то не отпускай, пока не издаст последний вздох… ну или, на крайний случай, чтоб уполз еле живой. Только тут была не та ситуация.
Джером покаянно склонил голову.
– Виноват…
– Виноват.
– Не всегда понятно, милорд. Хотя кое-какие письма помогут прижать некоторых заговорщиков.
Князь кивнул.
– Это все хорошо, но меня сейчас интересует не это… Вряд ли, конечно, но не было ли в найденных бумагах какого-либо упоминания об атаке на мой замок?
– Я это в первую очередь искал, милорд. Ничего.
Князь снова кивнул.
– Еще одно подтверждение того, что команда пришла не отсюда.
– Торвальд, милорд. Он имел право…
– Да?
– На тот момент он взял на себя должность коменданта города.
– Гм… Вот что, приготовь мне список казненных, посмотрим, что там и как.
– Список?
– Видишь ли, что-то меня терзают сомнения с этими казнями.
– Я не понимаю, милорд.
– Просто есть у меня подозрение, что капитан разбирался не со своими врагами, а с врагами своего сеньора. Понимаешь, этот маркиз Савский изрядно наследил в момент бунта, и на свободе он сейчас исключительно благодаря отцу.
