Риола смотрела через холодное окно замка, наблюдая за дорогой к воротам. Она вздохнула, осознав, что дядюшка выглядит крайне недовольным. Казалось, она поступила очень глупо, даже случайно перепутав направление. Теперь он настаивает на замужестве и даже обещал превратить ее в евнуха, если она не согласится....
Понимаешь? Главное, чему меня учили – работать с информацией и анализировать ее. Именно этому было посвящено основное время моей учебы.
– О, да, – хмыкнул Алазорский.
– Вот. Ваш канцлер читал мои записки, после которых сорвался и помчался в Тортон. Все мои предположения подтвердились…
– Не нахваливай себя, – хмыкнул вышеназванный канцлер. – Не все, но процентов девяносто… шесть.
– Да-да, а вы еще подумали, что мне Возвышенные Боги шепчут в ухо. Это и есть пример работы с информацией. И о будущем бунте я тоже догадался из дошедшей до меня информации.
Артон при упоминании бывшего друга нахмурился, но смолчал, слушал внимательно.
– А все, чего я не знал, подсказали мне Танзани и герцог.
– Угу. Нам еще предстоит разговор с вами тремя по поводу сокрытия от меня информации о бунте.
– Я пытался вам рассказать, ваше величество, – вежливо напомнил герцог."
"– Порой, Артон, как это ни противно, но приходится вскрывать нарыв, чтобы излечить человека.
– Расскажи это моей сестре, которая до сих пор плачет по Луне.
Князь помрачнел.
– Я помню об этом… И, наверное, буду помнить до конца жизни… как помнить и о том, что увидел в замке графа Иртинского. Но если бы мы предотвратили бунт только сейчас, то потом стало бы намного хуже. Война с Родезией неизбежно затянулась бы из-за внутренних склок.
Артон отвернулся.
– Да понимаю я, – зло буркнул он. – Насмотрелся уже. И канцлер всю плешь проел. Значит, ты обещаешь найти этого кукловода?
– У меня нет выбора. Или найду, или Аливия останется под ударом.
– Почему ты не веришь, что наемников наняли Лодерские, они ведь признались?
Князь не удивился осведомленности Артона в этом вопросе.
– Потому что подобное совершенно не в их характере. Эндон… Он прямой, как палка, рыцарь, одним словом, и этим все сказано. И хитрость его такая же прямая. Чего стоит вся эта эпопея с попыткой разорвать помолвку с принцессой, выставив виноватой ее. Уловка так себе.
– Это его отец придумал.
– О чем я и говорю. Что отец, что сын. Одного поля ягода. На этом их и подловили с этим бунтом, полагаю.
