Риола смотрела через холодное окно замка, наблюдая за дорогой к воротам. Она вздохнула, осознав, что дядюшка выглядит крайне недовольным. Казалось, она поступила очень глупо, даже случайно перепутав направление. Теперь он настаивает на замужестве и даже обещал превратить ее в евнуха, если она не согласится....
Только на жалкие набеги сейчас способны, какой бы грозной наша армия ни выглядела.
– Так для переговоров другого и не надо, – повеселел Филипп. – Главное, чтобы вид грозный имела и враг это видел. Не удивлюсь, если Вольдемар специально всю подготовку к вторжению выставит на всеобщее обозрение.
Танзани задумчиво кивнул. Спорить тут трудно – Локхеру любой ценой нужен мир, чтобы прийти в себя после всех бунтов и поражений. Даже не мира – перемирия на год будет достаточно. Но ведь это понимает и Эрих! Так почему же тогда он прислал своих представителей? И не абы кого, а первого министра, по сути, второго человека в королевстве! Возможно, переговоры – просто желание отвлечь их от чего-то важного? Может быть, такая разведка?
– Что же задумал Эрих? – пробормотал Танзани, разглядывая корабли в порту, где шла разгрузка очередного транспорта.
"Князь не заблуждался относительно причин мирных предложений Эриха. Он и сам бы на его месте поступил так же – заключить мир, пока еще все неопределенно, пока еще гремит эхо прошлых побед и выигранных кампаний.
Именно это князь и изложил, когда Артон поинтересовался его мнением. Король переглянулся с чем-то крайне довольным герцогом Алазорским и задумчиво кивнул.
– А мы выигрываем?
– Да, ваше…
– Артон, князь. Я же просил.
– Прости, Артон, от старых привычек трудно избавиться. – На это замечание Алазорский только хмыкнул, но комментировать никак не стал. – Так вот, да, мы выигрываем. Собственно, сейчас нам даже активных действий вести не надо. Выдвинуть армию к Эндории и наблюдать, что будет делать Эрих. Отправится отбивать перевалы – под шумок заберем все те крепости, которые он захватил в провинции. Заодно десантами пощипаем побережье.
