Риола смотрела через холодное окно замка, наблюдая за дорогой к воротам. Она вздохнула, осознав, что дядюшка выглядит крайне недовольным. Казалось, она поступила очень глупо, даже случайно перепутав направление. Теперь он настаивает на замужестве и даже обещал превратить ее в евнуха, если она не согласится....
А пенициллин?
– Еще не пора. Арвид, у меня даже перегонного куба нормального нет. Нет нужной посуды.
– Понятно. – Арвид вздохнул и высказался в адрес глупцов, устраивающих войны.
Князь повернулся к Риоле. Внимательно оглядел ее. Она ответила таким же изучающим взглядом. Никто первым отворачиваться не хотел, но отвернулся все же князь. Не потому, что не выдержал взгляда, просто понял: не уступи он – будут большие проблемы. Раз уж все так получается, не стоит делать из девушки врага.
– Ну а вы, госпожа?
– Могу я отказаться?
– Нет, – одновременно ответили князь и Арвид.
Объяснять отказ взялся Арвид, видимо, сообразив, что к князю девушка настроена не очень дружелюбно:
– Это необходимо, госпожа. Поверьте, уколы совершенно безопасны.
Девушка кивнула, делая вид, что согласилась только из-за объяснений врача. Решительно подошла к табуретке, села и приподняла рукав, обнажив плечо.
– Только я хочу, чтобы укол делал врач.
– Госпожа, – попробовал было воспротивиться Арвид. – Вы не понимаете, я еще не очень опытен…
– Все в порядке, Арвид.
Князь чуть отступил, освобождая место. Арвид вздохнул и отправился к раковине. Вернулся и, не очень ловко орудуя пинцетами, собрал шприц. Ловко или нет, но он не допустил ни одной ошибки. Примерился.
– Арвид, один граф захотел отрубить своей собаке хвост. Ну, знаешь, есть такие породы, которым это надо делать обязательно. Вот только проблемы в том, что ему было ее очень жалко. Так жалко, что он никак не решался приступить к делу.
Врач замер."
"– И что я должен делать? – недовольно буркнул он.
– Не надо жалеть пациентку, Арвид, и не пытайся вводить иглу медленно. Этим ты только усугубишь боль. Втыкай резко, словно удар копья. Лучше все сделать сразу, чем рубить хвост кусочками. Вот так, замечательно, только вонзать так глубоко не стоило.
Риола морщилась, но терпела.
– Странные вы все, – наконец высказалась она, придерживая ватку.
– И еще – иртинский палач, который вдруг проявляет жалость к людям, – закончил князь. Риола обиженно засопела, у нее отняли слова, которые пыталась сказать она. – Не переживайте, говорят, самые страшные и безжалостные убийцы очень сентиментальны. Любят кошечек, собачек, детей.
– Зачем вы так, герцог? – Похоже, девушка обиделась всерьез.
