Автор
Ночь была холодной и бездонно темной, словно гробница, где каждый шум становится звуком ужаса. Меня разбудил необъятный холод, который сковал каждую вена, заставляя тело мучительно дрожать. Только после этого я открыла глаза и сразу поняла, почему мне так неудобно: моя голова снова лежала на груди Ару, и на ней поблескивало кольцо - тонкий серебряный ободок с редчайшим голубым алмазом....
Только тем, что стол перед ней был совершенно гладким и пустым. И я осторожно положила на него руки. Ладони обожгло холодом, столешницу начал покрывать иней. Собранная мной магия утекала с огромной скоростью. И как только последняя капля стала частью стола, стена передо мной растворилась и тоже стала проходом. На этот раз голубого свечения не было. Впереди я видела белые и багровые отсветы.
Это снова вызвало чувство тревоги. Но я шагнула вперед. И только тогда поняла, что Рой больше не держит меня за плечо. Я хотела обернуться, но мой взгляд уже выцепил в багровом свете серый постамент.
Артефакты были одинаковыми и странными. Одна половина каждого была белой, вторая переливалась всеми оттенками красного. От них исходила тяжелая аура. Но я все равно шагнула вперед, чтобы рассмотреть их поближе. И вдруг поняла, из чего они сделаны. Белая часть – куски перламутра. Такие же, как на медальоне со штурвалом.
Я резко обернулась и едва не уткнулась носом в грудь Роя. От его тела исходил жар, и я вскинула голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Отсутствующий взгляд испугал меня больше всего остального. Я рванула рубашку на его груди со всей силы. Так, что во все стороны брызнули оторванные пуговицы.
Белые линии на коже моего жениха стремительно наливались алым цветом, превращаясь в адскую метку. Я накрыла их обеими ладонями и зашипела.
– Рой! – крикнула я.
На несколько мгновений его взгляд стал осмысленным. Не переставая вливать магию в метку на его груди, я прошептала:
– У меня не хватит сил на все. Я уничтожу адскую метку. А ты… Ты должен сжечь все, что находится в этой комнате. Рой!
Сначала мне показалось, что он все-таки не слышит меня. Затем он склонился к моим губам и поцеловал также страстно как тогда, в самый первый раз, у Адских врат вне категорий.
Ноги у нас подкосились одновременно. Мы осели на землю, тяжело дыша, Рой привлек меня к себе, а мои ослабевшие руки сползли с его груди. Глаза закрывались сами. Какое-то время мы сидели в тишине.
