Автор
Ночь была холодной и бездонно темной, словно гробница, где каждый шум становится звуком ужаса. Меня разбудил необъятный холод, который сковал каждую вена, заставляя тело мучительно дрожать. Только после этого я открыла глаза и сразу поняла, почему мне так неудобно: моя голова снова лежала на груди Ару, и на ней поблескивало кольцо - тонкий серебряный ободок с редчайшим голубым алмазом....
Сейчас только гаснущее сияние защитных артефактов сдерживало шесть огромных котов с лавовой шкурой. Мощные лапы скребли и плавили кованую решетку, жандармы цепочкой стояли вдоль ворот. На их лицах были страх и обреченность. Магии у них не было, и как только твари вырвутся на свободу, этим мужчинам предстояло погибнуть в отчаянной попытке задержать тварей.
– Разойдитесь! – крикнул учитель, и на лицах стражей порядка появилось невероятное облегчение.
Головы одна за другой поворачивались к нам. Каким бы выскочкой моего учителя ни считали остальные бессмертные, простой люд его уважал.
Ару повернулся ко мне и сказал:
– Оттесни их от входа. Затем правая тройка — твоя.
Я взмахнула руками сразу. Вокруг оплавленных прутьев вспыхнуло белое сияние. Лавоты нехотя отступили и зашипели. В это время Ару спросил у жандармов:
– Где господин ре Кайрас?
– Внутри вместе с господином Фельсом, - отрапортовал старший.
Учитель ругнулся и шагнул вперед.
Перезарядить пистолеты мне больше не дали. Я ушла в сторону от прыжка следующего лавота и попыталась достать его адское зерно, но с первого раза не попала. Вторая атака вышла удачнее – мощное водное заклинание сбило обоих демонов с ног. Ледяная игла пронзила лавовую шкуру, пробивая и адское зерно.
Правда, от третьего лавота мне пришлось уносить ноги. Я бросилась вглубь сада, надеясь, что бегущая девушка покажется ему более привлекательной целью, чем дыра в воротах и жандармы. Пистолет я зарядила на ходу. Для выстрела пришлось остановиться. Стрелять из любого положения, как Ару, я не умела. Пуля вошла точно в грудь демона, его лапы мазнули в нескольких сантиметрах от лица, и меня обдало жаром. А затем “котик” рухнул навзничь и начал таять.
