Автор
Ночь была холодной и бездонно темной, словно гробница, где каждый шум становится звуком ужаса. Меня разбудил необъятный холод, который сковал каждую вена, заставляя тело мучительно дрожать. Только после этого я открыла глаза и сразу поняла, почему мне так неудобно: моя голова снова лежала на груди Ару, и на ней поблескивало кольцо - тонкий серебряный ободок с редчайшим голубым алмазом....
– Ни о каком договоре не может быть и речи. Тюрьма — самое подходящее место для этого безумца. Лечебница для душевнобольных подошла бы еще лучше, но там его не удержать.
Варго сунул письмо за пазуху и поднялся:
– Что ж, передам твой ответ Никодемусу.
С этими словами он ушел. На кухне появилась Маргарет и начала накрывать на стол. Я робко предположила:
– Может, теперь Хейги отстанут.
– Как же, жди! – зло ответил учитель. – Официальный путь не сработал. Теперь они попытаются повлиять на меня через отца. Вероятно, завтра с утра он появится, чтобы попытаться меня образумить.
При воспоминании об Ару-старшем я поежилась. Вчера он обещал, что женой его сына я не стану. И я даже представить не могла, что он меня примет.
– Отцу придется смириться, – с нажимом произнес учитель, словно читая мои мысли.
Я не стала спорить. Измотанный событиями последних дней организм потребовал своё, и какое-то время я была занята едой. Маргарет в это время намывала тарелки, с улыбкой поглядывая на нас.
После завтрака никому из нас не хотелось расставаться, и на этот раз мы оккупировали мою комнату для занятий. Мерпус по-прежнему где-то бродил, а я читала учебник, сидя на диване и привалившись к плечу Ару. Наконец, через час он решительно вытащил книгу из моих рук и заявил:
– Думаю, теории достаточно. Приступим к практике.
– Практике? – озадаченно спросила я.
Он кивнул и поднялся:
– Прогуляемся. Собирайся.
Выходить на улицу после всего произошедшего было немного страшновато. Тем более что Ару наше обручение скрывать не собирался, и открыто вёл меня по городу за руку.
Ару вёл меня в дальний район, по пути кивая знакомым патрульным. В их глазах светилось недоумение и любопытство, но никто не решился задавать вопросы.
Когда перед нами оказался окруженный зеленью большой пруд, сердце подпрыгнуло в груди. Я немного постояла на берегу, наслаждаясь видом зеркальной глади и предвкушая погружение в родную стихию. А затем повернулась к учителю и осторожно сказала:
– Не вижу заводи, которую мне нужно заморозить."
"Ару усмехнулся и махнул рукой на пруд.
– Заводь – это уже слабовато для тебя.
