Еще выстрел! И еще на несколько шагов мишень дальше. Лестана, будто завороженная, следила за движениями стрелков.
— А Кот хорош, — одобрительно сказал один из дружинников. — По виду и не скажешь, что воин. Только Хольм все равно победит, недельное жалованье ставлю!
«Можно подумать, воин должен быть страшным и мрачным, как ваш предводитель», — сердито подумала Лестана и покосилась на Брангарда.
— Ага, поищи дурака — против нашего Клыка ставить, — отозвался второй.
Мишень уже отодвинули до возможного предела, и Лестана увидела, как Ивар что-то говорит сопернику, а тот отрицательно качает головой. Неужели сдается?!
Томимая любопытством, она принялась пробираться поближе по краю толпы и, наконец, остановившись в нескольких шагах от стрелков, расслышала:
— Последний раз! — горячо упрашивал всегда спокойный Ивар. — И не по этой мишени, а по яблоку! Ставлю… да хоть бы свой кинжал!
Он тронул рукоять дорогого охотничьего кинжала, с которым никогда расставался. Позолоченная рукоять, лезвие работы лучшего кузнеца Арзина… Ивару не особенно хорошо давался бой на мечах, но в стрельбе из лука и метании ножа равных ему не было даже в старшей дружине, а этот кинжал был его любимой игрушкой.
— Зачем? — хмуро поинтересовался Хольм. — Это достойная ничья. — И добавил так равнодушно, что Лестана не поняла, издевка это или Волк просто чудовищно уверен в себе: — Да и ножей у меня хватает.
— Струсил? — азартно спросил Ивар, и старший наследник волчьего вождя поморщился в ответ на гул вокруг — не только Лестана слышала этот разговор. — Мой кинжал против… чего угодно. Да хоть бы твоего пояса! Если проиграешь, одолжу свой, чтобы штаны не упали!
В толпе послышались смешки. Лестана только сейчас заметила, что пояс на Волке действительно нарядный, из чеканных серебряных бляшек. А вот кожаные ножны, потертые и будто пожеванные, к нему никак не подходят. Интересно, какой у предводителя Волчьей дружины меч? Клык — это ведь то же самое, что у Рысей Коготь? И не слишком ли молод Хольм для такой важной должности?
Рядом возмущенно засопели дружинники, а тот, что с подбитым глазом, не выдержал и крикнул:
— Хольм! Надери Коту хвост!
И тут же виновато покосился на Кайсу, но та, будто не услышав, грызла яблоко, запасливо утянутое из корзины, и разглядывала стрелков.
— Хольм! Хольм! — послышалось из толпы, и Волк передернул плечами, еще сильнее помрачнев.
— Как знаешь, — бросил он Ивару.
