Вечернее кладбище Академии Скура напоминало гробницу древних египетских храмов, где каждый камень был как сердце умершего. В этот вечер здесь собралась особая аудитория — те, кто после смерти оказался среди живых, несмотря на все попытки исключений от мира мертвых. Здесь каждый мог найти своего друга в изгнании, пропавшего по ту сторону обрывов времени и пространства....
— А Тимо? Он тебе что-нибудь еще рассказывал? — спросила Соль у Эбель.
— Я давно его не видела, но благодаря вам, кажется, теперь знаю, где его искать.
— А пока идем отдыхать. Нам нужно привести мысли в порядок. — И мистер Кэруэл поднялся из-за стола.
Все, последовав его примеру, направились к выходу из библиотеки.
— Эй! А мне где спать? — крикнул им Ноа. — Точнее, с кем?
— С Реджисом, — ответила ему Соль.
— И ты меня даже не приютишь, зануда? Отправишь на верную смерть?
— Прости, Ноа, но наша комната уже занята другим парнем, — ответила ему Эбель.
— Твою мать, Бель! Я же просила тебя не говорить этого! И как мне теперь спать?!
— Мои теплые объятия всегда открыты, — намекнул Ноа.
— Иди к черту, — ответила она ему и скрылась в темном коридоре.
Глава 9. Последняя исповедь
ЭБЕЛЬКладбище ночью выглядело зловещим. Густые черные тени танцевали при свете фонаря в руках Эбель, а ветер нашептывал свою пугающую мелодию. Холод проникал сквозь кожу, касаясь костей. Эбель была слишком легко одета для ноябрьской ночи и слишком напугана для места, где жил всего лишь один призрак.
— Вот где ты все это время был, Тимо.
Эбель села на корточки и, посветив на крест, прочитала уже знакомую ей надпись. Дата рождения. Без имени. Без даты смерти. Могила, что не имеет мертвеца. Знал ли убийца, что он чертовски в этом прав?
— Эй, ты тут? — спросила Эбель.
Ей ответила лишь пролетевшая мимо ворона. Она громко каркнула и, сев недалеко, начала клевать землю.
— Я знаю, что облажалась. — Эбель поежилась и вырвала сорняк из-под ног. — И мне не нравится говорить это, между прочим.
В ответ — все еще тишина.
— Я даже не знаю, за что толком извиняться, но извиняюсь за всё. — Эбель ковыряла ногтем мыс кроссовки. — Я просто испугалась. Ну, ты и сам пойми, ты же призрак. — Эбель прикусила язык. Она не хотела, чтобы Тимо не так ее понял. — В смысле, не все призраки так добры со мной, как ты. Ты необычный призрак.
— Я не могу долго злиться на тебя, — раздалось со спины. — И я простил тебя в тот же вечер.
Тимо стоял у дерева, голые ветки которого качались на ветру. Он скрестил руки и оперся плечом о ствол. Вокруг его головы летали светлячки. Они садились на его волосы, щеки и шею.
— Но я думал, ты найдешь меня раньше.
— А я надеялась, что ты вернешься сам. — Эбель встала и размяла затекшие ноги.
