Вечернее кладбище Академии Скура напоминало гробницу древних египетских храмов, где каждый камень был как сердце умершего. В этот вечер здесь собралась особая аудитория — те, кто после смерти оказался среди живых, несмотря на все попытки исключений от мира мертвых. Здесь каждый мог найти своего друга в изгнании, пропавшего по ту сторону обрывов времени и пространства....
Думал, что смогу ее…»
Сможет — что?
Поймать с поличным? Остановить? Наказать?
Но лишь один ответ плотно засел у Реджиса в голове, отметая любые другие предположения и догадки.
Убить.
Что он сможет ее убить.
Тогда руки Реджиса сжались в кулаки, а сердце налилось неясно откуда взявшейся ненавистью к старику из сторожки. Ко всем, кто хочет причинить Эбель вред.
— П-п-привет! — Неожиданно, с граблями в руках, оказался перед Реджисом тот самый заикающийся сын старика. — Ч-ч-что ты тут д-д-делаешь?
У него было пухлое лицо с маленькими глазками, короткий и широкий нос и круглые, торчащие в стороны уши.
— Привет, — замешкался Реджис. — Я… Я эм… Приходил проведать тут кое-кого. Но я уже ухожу.
Он не хотел врать Бенни. Такой как Бенни явно не причинит вреда.
— П-п-понятно. А я Б-бенджамин, но м-м-можешь звать меня Б-б-бенни.
— Я Реджис. Приятно познакомиться. — Перешагнув поваленную плиту, Реджис двинулся к тропинке.
— А я в-в-видел тебя сегодня, — сказал догоняющий его Бенни. — На у-у-уроке. Ты тоже д-д-должен был меня видеть.
Это вряд ли. Такого студента Реджис бы точно запомнил.
— Кого т-т-ты приходил проведать? — скрипя высокими резиновыми сапогами, Бенни шел рядом.
— Да так.
Это «да так» убивало Реджиса. Его вечная ноша. И непростительная, мучающая до конца жизни вина. Его скорбь. Его сожаления. Его ошибка.
— П-п-почему ты уходишь? Я тебя н-н-напугал? Может, п-п-побудешь тут со мной еще н-н-немного?
— Нет, не напугал, — Реджис остановился. — Я просто…
Просто я подслушал ваш разговор. Просто я узнал то, чего не должен был знать. Просто возненавидел твоего отца. И захотел раскрыть тайну, которую ты вместе с ним прячешь.
— А знаешь, — Реджис развернулся на каблуках своих испачканных в грязи ботинок, — я бы хотел помочь тебе убрать листья.
Держи друга близко, а врага еще ближе.
— Откуда т-т-ты знаешь, что я у-у-убираю листья? — удивился Бенни.
Реджис на секунду застыл.
— Грабли, — наконец сообразил он. — Так я тебе помогу?
— Т-т-тогда оставайся! — улыбнулся Бенни. — Мне с ж-ж-живыми нравится общаться б-б-больше, чем с мертвыми!
— И мне, Бенни.
И мне.
