Рия вдруг по-доброму усмехнулась. Пожала плечами. От этого крошечного жеста тёмный завитой локон упал с плеча обратно на спину, изящно лёг на бледно-розовой коже. Дамиан не спешил его убирать.
— Чем раньше Вы отпустите эту странную идею, тем лучше будет всем.
Он глухо хмыкнул, потёр переносицу.
— Я не смогу, Минри. Не тешь себя иллюзиями, я никогда тебя не отпущу.
— Все так говорят, пока удобно держать.
Дамиан не видел её странной, почти неживой меланхоличной улыбки. Наверное, если бы видел, понял совсем иное.
— Ты не осознаёшь, — мужчина сам не понимал, откуда в нем столько резко взявшегося спокойствия, чтобы разговаривать на подобные темы. Обычно он их ненавидел, раздражался от любого упоминания чьих-то чувств. Сейчас ему стало жизненно важно, чтобы Алеминрия знала о том, что с ним происходит. — Даже не догадываешься.
— Вы непонятным образом преувеличили обычную похоть. Что тут понимать?
Дамиан невесело усмехнулся. А потом, руководствуясь каким-то внутренним порывом, наклонился. Сквозь тонкую ткань рубашки ощутил прикосновение к обнаженной коже. Прохладной, мягкой. И с дразнящим ароматом сочной вишни, что он успел так полюбить.
Мужчина одной рукой убрал тёмные пряди. И аккуратно, кротко прикоснулся губами к тонкой шее. Почувствовал пульсирующую жилку крови.
Рия вздрогнула. Пальцы немного сжали подушку, рот чуть приоткрылся, сдерживая чувственный удивленный вдох.
— Не надо, пожалуйста…
Он закрыл глаза, всё ещё не отстраняясь, касаясь своими губами её шеи.
— Не могу, Минри, — тихо ответил, обдавая обнаженную кожу горячим дыханием. — Могу поклясться всем, что доступно — я не могу. Просто не способен.
— Всегда могли, а сейчас нет? Да хватит уже, что за глупости, — она попробовала подняться, столкнуть его с себя. Дамиан не позволил. Так и держал рядом, спиной к себе.
— Ты стала мне очень дорога, Минри, — почти неслышно проговорил он, проводя губами дальше по её шее, спускаясь вниз, затрагивая спину. Одна рука скользнула на поясницу, согревая кожу там. — Слишком, и это пугает. А в чем-то невероятно влечёт. Называй это как хочешь. Но я не откажусь просто потому что должен разобраться сам. И если для этого потребуется целая вечность, так тому и быть.
— А что будет со мной, Вас, разумеется, не интересует.
— У тебя будет всё. Разве этого мало?
— Это Вы себя именуете всем?
Оставив вопрос без ответа, Дамиан запустил в тёмные локоны руку, еле касаясь, провёл пальцами по затылку, словно немного массируя, расслабляя.
Рия же чуть выгнулась в пояснице, чувствуя как начинают бегать по телу непослушные мурашки.
А он наслаждался. Её легко меняющимся дыханием, чуть осязаемой теплотой шелковистой кожи, ароматом густых блестящих волос.