— Не понимаю, что вы оба сейчас от меня хотите. И понимать не хочу. Я с ней отвратительно вежлив, крайне благоразумен и даже держался благородным ослом, не зря же гувернантке было позволено меня лупить. Что не так?
Миркелий отложил книгу.
— А как ты сам? Как сущность? Наплывы были?
— Были, но не столь значительные. По крайней мере, Академию крушить причин не нашёл.
— А когда ты с леди ИуренГаарских, бывают сильные порывы?
Дамиан, забавляясь, хмыкнул. Скосил на него глаза:
— Сейчас будет очень пошлый ответ.
— Да я тоже, — съязвил тот. — Мир, лучше не накидывай мне сейчас какой-либо работы, поверь — пока я мозги не прочищу, думать ещё ни о чем не смогу.
Формулировка была более, чем понятна. Миркелий обреченно разглядывал лучшего друга. Надеялся, что тот просто накидывает пустых эмоций сверху. Что элементарно побаивается того, что с ним происходит.
— Ты всё ещё хочешь с ней просто переспать? — неприятным, даже едким тоном осведомился кронпринц.
— Я не знаю, чего хочу. Но без близости в данный момент у меня плавится мозг, — непринужденно заметил наследник Дархэнаатра. — Далеко не заглядывал.
— Ну ты вот вроде и подумал, а всё равно неправильно сказал! — возмутился Тенги.
— Избавьте от нотаций. Мир, ты особенно, уже по глазам вижу, как ты стремительно подбираешь слова. Даже не начинай. Правда считаешь, что мне стоит там… как сказала Калиша? «Упасть на колени»? Что она вообще имела в виду? Не буквально же, в самом-то деле…
— Калиша? — Вопросительно глянул на Миркелия покровитель водных демонов. — Вы что, были в храме богини любви?
— Тебя надо бы тоже затащить, — насмешливо буркнул Дамиан. — Прикоснуться к священному камню единства и… как там его назвал старик?
Миркелий проигнорировал его издевательский вопрос. Устало потёр глаза.
— Надоело. Делай, что хочешь. Но лучше понимай, что делаешь, Дамиан.
Отбросив пятерней отросшие пряди темно-золотистых волос назад, преемник императора поднялся, захватив книгу, после чего вышел в свою комнату, прилежащую к данной гостиной. Огненный демон скучающе вздохнул, снова опуская затылок на спинку дивана.
— Ты ведь знаешь, что для Миркелия эти темы неприкосновенны, — тихо заметил Пратенгиш. — Знаешь, как он уважительно относится к узам семьи и брака. Зачем же тогда каждый раз отзываешься с такой мелочностью?
— Я не просил вас соваться в эту тему, — ровный, безразличный ответ. Мужчина даже не глянул на него. — У меня нет никакого желания обсуждать данное ни с кем. Если не нравится ответ — не задавайте вопрос.
— Комплимент на комплименте.
Дамиан прикрыл глаза широкой ладонью, сомкнул веки. В голове сейчас и без дружеских замечаний хватало сомнительных идей. И хорошо, что было время все обдумать и подготовиться. В какой-то мере, даже морально.