Если ты когда-нибудь посмеешь причинить боль или обиду дорогим мне людям — я перестану произносить твоё имя, словно никогда его и не знала.
— Ты не посмеешь, Алеминрия, — прошипел Дамиан, почти касаясь своим телом стоящего рядом женского. — Я тебе не позволю.
— Хочешь снова пройти все те этапы наших отношений, что были в Академии?
Дамиан раздраженно фыркнул. Закатил глаза, выражая своё пренебрежение к этим словам.
— Уже успела рассказать тому парню, что между нами ничего не было?
— Меньше всего я собираюсь обсуждать как тебя с ним, так и его с тобой.
— О, правда? — неприятно ухмыльнулся демон. — Ты ведь такая правильная. Такая благородная. Неужели не успокоила дружка?
— Ты ведёшь себя мерзко, Дамиан, — она оттолкнула его рукой, проходя дальше. — Я не буду разговаривать с тобой в таком тоне.
— Неужели? — Жених все же попридержал её рукой. — И это всё? Только меня можно учить, держать на поводке и испытывать? Другому ты, вон, даже на шею бросаешься. А я недостоин даже ответа? Почему?
Рия жёстко сжала полные губы. Лучистые глаза сейчас отблёскивавший чем-то нехорошим.
— Почему? — холодно усмехнулась она. — Да потому что, лорд-демон Вефириийск, я придерживаюсь того мнения, что всё, что происходит между двумя — касается лишь их. Ни друзей, ни семьи, никого иного. И ни при каких бы то ни было ситуациях.
Она махнула в сторону железного затвора оружейной.
— За закрытой дверью, наедине, честно и открыто. Без истерик, чужих советов, пустых эмоций и желания отыграться на партнёре. Вот как решаются проблемы. Если их, конечно, хочется решать.
На этот раз девушка оттолкнула его чуть сильнее. Прошла дальше по оружейной.
А Дамиан почувствовал глухую досаду. Снова это ноющее чувство, правда, он не считал, что перегнул палку. Следовало выяснить эти моменты сразу, чтобы больше не вникать в прошлое своей же невесты.
— Минри, я люблю тебя. Я не отпущу тебя.
— Знаешь, я бы хотела ещё попросить тебя пореже говорить подобное, — равнодушно заметила девушка. — Твои признания в любви как особый вид психологического насилия.
— Я не этот парень! — рявкнул Дамиан ей в спину. — Я всегда и во всем буду брать тебя себе. Разве это странно, что я хочу быть уверен в том, что ты останешься рядом?
Почему-то эта фраза вызвала у неё лёгкую меланхоличную усмешку.
— После всего, что ты выкидываешь, даже для меня становится удивительно, почему я все ещё с тобой, — она хлопнула крышкой стеллажа. — Если ты продолжишь кичиться тем, какой ты грозный и властный, у нас мало что получится. Хватит. Я устаю от этих разговоров больше, чем от чего-либо другого. Если есть желание проораться — найти кого-нибудь другого.
— Не похоже на тебя.
— У тебя ещё будет возможность узнать мой эгоистичный характер.