Знаю, что ты не особенно горела желанием выходить замуж, отлично осведомлён, что и со мной отношения тебя мало прельщали. Сейчас это всё… уже не имеет значения.
Рия слушала его молча, вдумчиво. Смотрела куда-то перед собой, мимо Дамиана. А тот не торопил её. Дотронулся широкой ладонью до локона, упавшего ему на плечо. Накрутил его на палец. И повернул голову чуть вбок, касаясь губами макушки темных волос.
— Полюби меня, Минри, — еле слышная фраза, почти просьба, обдала вместе с тёплым сладковатым дыханием. — Я жизнь отдам за тебя; стану твоей страстью, улыбкой и сердцем. Твоей семьей, опорой и мечом. И даже болью, потому что иначе не бывает. Я не романтик и не герой романа, абсолютно точно нет, но, фарх возьми, с тобой превращаюсь во влюблённого подростка. Юнца, ослеплённого единственным желанием. И пусть меня слышат Боги, мне — да, определённо нравится быть таким.
Алеминрия всё ещё молчала, не переводя на него взгляд. В темноте этой ночи синие глаза отдавали странными, ещё не видимыми ранее, отблесками.
— Ты мне ответишь что-нибудь? — Ухмылка и чуть требовательный тон словно вернули прежнего наследника Дархэнаатра. Самодовольного и раскованного.
— Ты не задал вопрос, чтобы ждать ответ.
Дамиан отпустил локон возле её лица. Чуть спустился по подушке вниз, ложась удобнее. Так, чтобы их лица были на одном уровне.
— Я не так много знаю про повадки и обычаи демонов, — проговорила Рия. — Но, кажется, ты меня слишком идеализируешь.
— Идеализирую? — Он хмыкнул. — Вовсе нет. Ты эгоистичная, упрямая, довольно авторитарная. Болезненно горделивая. Не привыкшая щадить чужие чувства и мнения, предпочитающая ценить свои идеалы выше чужих. Тебе никто никогда не нужен, ты ни в ком не нуждаешься и ничьё мнение для тебя не значит больше, чем собственное.
Он произносил это таким спокойным, будничным тоном, что боевой маг невольно заулыбалась.
— А ещё ты достаточно умна, чтобы не отреагировать на эти слова. Верно же?
Улыбка превратилась в небольшой тихий смех. В конце девушка не удержалась от сонного зевка.
— Ладно, — она перевернулась на спину, но он мужчины не отодвинулись. — Это было очень трогательно. А теперь, думаю, нам обоим не помешает поспать.
Наследник Дархэнаатра не стал её тревожить. Но когда девушка в полусне отвернулась спиной, все же приблизился почти вплотную, обнял её сзади, стискивая за талию и прижимая к мускулистому телу. Внутри, где-то у солнечного сплетения словно растеклось что-то тёплое и сладкое.