Почти коснулся полных губ, подразнив несостоявшимся поцелуем. — Оставлю в ванной родную стихию твоей территорией. Обожаю, когда партнёрша берёт инициативу на себя.
Смешинки в чёрных глазах были столь явными, что вполне сошли бы за попытку домогательства. В этот момент такая явная невозмутимость Алеминрии была достойна медали.
Она просто усмехнулась, а потом молча развернулась, направляясь в сторону гардеробной. Быстро надев на себя форму для тренировок, вышла из собственных покоев, звучно затворив дверь. На пару секунд затормозила. Мимика аристократки тут же прекратила себя контролировать и девушка словно потеряла самообладание. Сердце постукивало куда быстрее привычного. А настрой, видимо, все же придётся выпускать на полигоне. Характер и убеждения имели вес, но все же предательски сдавали перед… ощущениями и жарким мерзавцем в качестве жениха.
Полтора месяца. Дамиан прав больше, чем она допускает ему думать. Бездна.
Это действительно будут долгие да сложные деньки.
И глубоко тщательно вдохнув утренний прохладный воздух, Рия мотнула головой, продолжив спускаться на широкой лестнице на первый этаж.
Лучи солнца на первом этаже немного сдвинулись, когда в холле появился мужчина. Он зашёл неспешно, ровным шагом хорошо знакомого человека.
Зашёл, зная, что его тут всегда будут ждать. Всегда будут рады.
Задумавшись, Алеминрия не сразу заметила его появление. А после лишь изумлённо приоткрыла рот.
Алеминрия больше удивилась визиту, нежели впечатлилась. Радость не допускалась в силу некой этики. Не настолько она была аристократкой, чтобы имитировать радость перед несостоявшимся женихом в присутствии жениха фактического.
А ещё тут же кольнуло чувство вины. Положа руку на сердце, со всеми этими событиями и происходящим, Алеминрия просто-напросто забыла про друга детства.
— Риэль, ты уже вернулся? — Она спустилась с лестницы чуть быстрее, приближаясь к нему. — Как прошла твоя долгосрочная миссия?
— Хуже, чем ожидалось, — бросив резкую фразу, Клатриэль ожидаемо перевёл взгляд серых стеклянных глаз на её левое запястье. И на жёсткий браслет из почернённого золота с кроваво-алыми рубинами. Медленно изогнул губы в невеселой усмешке. — Значит, всё же не просто слухи. До меня они, увы, к границе вообще поздно дошли.
Брюнетка вздохнула, приложила ладонь ко лбу.
— Давай выйдем в сад, поговорим.
— Зачем? Не думаю, что это долгий разговор.
У Рии не было такого качества, как угождать чьему бы то ни было эго, даже если это оказывался близкий человек.
