Ринмеаль, единственный из Высшего круга, уже встретивший и выбравший свою единственную пару, сейчас начинал злиться. Он один понимал, что это значит; один осознавал, кем способна стать для демона любимая женщина. И изо всех сил сдерживался, чтобы не врезать огненному ублюдку. Дамиан переходил черту много раз, сейчас же, словно специально провоцируя и намеренно унижая существующее.
— Я не знаю, что такое есть в этой девушке, — честно заметил лорд-демон Вефириийск. — Может, всё дело в ней, и ваша сказочная единственная пара тут совсем не причём. Любить я не готов, никого. И Алеминрия ничего не изменит.
Обвёл привычно надменно-снисходительным взглядом остальных, безразлично дёрнув плечами.
— Я желаю её, желаю неимоверно сильно, что тут скрывать. И готов рвать глотки каждому, кто позволит на неё позарится. Но это всё. Оставьте свои надежды при себе, так будет лучше. Я развлекусь и остыну, что тут ужасного? Всё как всегда. Алеминрия будет покорной сладкой малышкой, верно ждущей меня в спальне длинными ночами, но рано или поздно это пройдёт. Всегда проходило, разве обычная магичка способна дать высшему демону что-то большее?
Ринмеаль не выдержал. Рыкнул сквозь стиснутые зубы, сжав в руках исписанные бумаги, устремив на него полыхающие изумрудными всполохами глаза. Пратенгиш и Миркелий молчали, очевидно приняв более благородную сторону.
— Придёт день и ты жестоко заплатишь за свои слова, Дамиан, — внятно процедил демон земли, выпрямляясь. Терпеть эти разговоры он больше не желал. — Вот только никто из нас не будет на твоей стороне. Твоя вина, а значит, будешь рассчитываться сам.
— Мм, я даже запишу.
Гаркнув, Ринмеаль поспешил выйти из гостиной. Желание ударить Дамиана становилось непреодолимым.
Миркелий хмуро побарабанил пальцами по столешнице. Говорить что-либо он не спешил. А Пратенгиш задумался совсем об ином. Раньше ему казалось верным рассказать другу об его первой встрече с леди ИуренГаарских. Чувства близких стоило уважать. Сейчас же это казалось неуместным.
Дамиан сам выбрал как поступить. Ринмеаль был прав — стоило дать огненному демону обжечься.
Алеминрия вышла из душа, обмотавшись большим махровым полотенцем. По привычке выжала руками тёмные волосы, оставив мокрые пряди легко закручиваться вокруг лица.
Девушка прикрыла дверь в ванную, после чего прошла обратно в спальню. Стоило подготовить форму на завтрашний экзамен и убрать наспех скинутые вещи после тренировок.
