Так лучше? Теперь мои мотивы более очевидны?
Он самодовольно усмехнулся, оставив на своём лице выражение лёгкого предвкушения. Разумеется, на издевательский вопрос она не ответила. И скользнул ладонями по плечам вниз, интимным жестом обхватив сразу оба запястья.
— Не напрягайся, — еле более тихая речь возле самого уха. Губы коснулись виска, задержались. — Я никому не позволю ни коснуться, ни навредить тебе, Минри. И вознесу тебя, как пожелаешь. Но будет куда лучше, если ты сама ответишь. Всё в любом случае будет лишь так, девочка. Не вынуждай меня заставлять, я предпочитаю согревать своим огнем, а не приручать им же.
— У Вас поразительно большое заблуждение, лорд-демон Вефириийск. Заблуждение, что все вокруг готовы принять чужие правила.
— Пока что я редко вижу в своей жизни обратное.
— Это не повод личной гордости, Вы окружили себя лишь близкими и слугами, — с каждым произносимым словом до противного вежливый голос словно леденел. — Я не готова ответить взаимностью. Более того, мне не льстит столь щедрое предложение, пожалуй, даже принижает. Хотела бы попросить Вас более не оскорблять мое положение и семью чем-то подобным.
Дамиан зло сузил глаза, резко развернул девушку к себе лицом.
— Оскорблять?! Ты хорошо помнишь, кто я?
— Прежде всего, я хорошо знаю, кто я, — с потрясающим спокойствием ответила Рия. Тяжёлый раздражённый взгляд она выдержала с достоинством. — Это не ради оскорбления или обиды, я просто не могу ответить Вам, лорд-демон Вефириийск. Извините, но не все готовы рушить свою жизнь за покровительство высшего демона.
— Я дам тебе больше, чем когда-либо будет представлять твоя жизнь, Алеминрия, — почти процедил мужчина. — Я дам тебе всё, что пожелаешь. Что тебя останавливает? Ты ведь уже любовница, так почему не моя?
— Я не связываюсь с мужчинами в трёх случаях, — почему-то усмехнулась боевой маг. — Когда они ожидают слишком многого, когда могут сломать и когда принадлежат другой. Угадайте, в какой Вы категории.
— При чем здесь другой? Мой будущий брак не меняет желания видеть тебя в своей постели. Я своих слов не нарушаю.
— Не льстите себе, Вы во всех трёх категориях, — отрезала она, не меняя равнодушно-отстранённый тон. — Не знаю, чем вызвано столь пристальное внимание ко мне, но я не могу ответить. Могу соврать, что польщена. Но знаете ли, сломленное достоинство не стоит сапфировых серёг, пусть и стоимостью в несколько государств.
Дамиан зло прищурился. Упоминание об украшении окончательно рисковало потерей контроля.