В облаках парят шпионы захватчика, а под землей Иржин и Лесса возвращаются домой после недели безумных приключений. Вдруг милорд Десуор решит судьбу их невезения? Но Вик не стала бы сомневаться — исключениями им стоит быть готовыми: осведомленный по-прежнему оставался в тени, лишь Лесса ставил под вопросе к фанатичным. Что ждет теперь наших героев? Мерзкое наказание или тайное исчезновение?...
— Да, — кивнула Иржин.
— Что ж, не будем торопить события. Думаю, мы сможем вовремя среагировать, — сказал ректор и заработал недоуменный взгляд от Ее Величества.
— О чем вы? — нахмурилась королева.
— Я объясню чуть позже, — склонил голову Арнард. — Сейчас это может привести к временному сбою.
— Тогда не будем терять время даром, — спокойно сказал Линед и скользнул взглядом по браслету супруги.
Король кивком указал на выход и, подав руку супруге, вышел следом за Иржин и Арнардом. Правда, в коридоре Их Величества прошли вперед — Иржин не ориентировалась во дворце, а Арнард не спешил показывать, где именно поселили Гидеона.
Что удивительно, комнату Валдерису выделили в личном королевском крыле. Ирж поняла это, когда они проходили сквозь спящую защиту, которая делила дворец на две неравные части. Побольше — публичная часть, поменьше — закрытая часть, принадлежащая исключительно королевской семье и части их приближенных.
— Держи друзей близко, а врагов еще ближе, — усмехнулась Ее Величество и добавила, — мы не можем допросить Гидеона с помощью мага-менталиста.
Их Величества ушли чуть вперед и Иржин негромко спросила у Арнарда:
— Значит, Зеркальная Неделя совсем не влияет на менталистов?
— У Эриера прорва опыта, — усмехнулся ректор. — Кто-то другой на его месте мог и не справиться. Но за ним столетия практики.
Войдя в комнату Гидеона, Ирж поразилась тому, как там все пропахло зельями. Как будто они вошли в целительское крыло, а не в обычную комнату.
— Надо будет погасить свет, оставить только естественное освещение, от окна, — негромко шепнула Иржин.
— Понял, — кивнул Арнард.
— Леди дер Томна, — Валдерис рухнул перед Иржин на оба колена. — Простите меня, умоляю. Я вел себя бесчестно по отношению к вам. Я злился на себя, на отца и на подчинение, о котором не помнил.
Он склонил голову и замер, ожидая свой приговор. Но Ирж никогда не была жестока, а потому она тут же наклонилась и помогла ему встать. После чего, глядя в глаза, четко сказала:
— Прощаю.
И в этот момент она увидела, что неподалеку от них начинает формироваться сгусток магии Времени.
