В бескрайних просторах земного шара жили люди, но их мир был затянут невероятной тьмой. Оцепеневшие смотрели на свет из узких дырок, где оставались единицы сознания способные к ясновидению. Атмосфера была полна мрачными оттенками и глубиной тайн, скрывавшихся за кажущейся нормальностью повседневной жизни....
Я четко осознаю, что работаю охранником. Чувствую, как тесно бицепсам в белой рубашке. Кажется, если наклонюсь – пиджак порвется на спине.
Пацан облокачивается о стену и смотрит на часы.
– Время пошло, – говорит он девушке. – Не успеешь, приглашу твою подругу. Вон ту, – показывает в сторону шеста, у которого раскорячилась в гимнастическом мостике танцовщица.
Мне стыдно. Хочу отвернуться, но глаза охранника упрямо смотрят на сцену. Не получается отвернуть мускулистую шею."
"Из одежды на девушке лишь трусики, макияж и мелкие блестки по всему телу.
Вот она. Ловкачка.
Лицо охранника улыбается, и я с этим ничего не могу поделать. Продолжаю смотреть.
Стриптизерша складывается пополам. Упирается локтями в пол. Проколотый пупок с блестящей сережкой увенчивает стройную пирамиду. Девушка достает язык и в такт мелодии водит им из стороны в сторону.
Я морщусь, а она сгибает колени и опускается на пол.
– Я готова.
Говорит девушка. Она вернулась к прыщавому. В руках у нее сумочка, на плечах кофта.
На мгновение мне кажется, что вижу происходящее глазами Кирилла. Я чувствую то же, что он. Может, самообман, сложно сказать, но сейчас я больше чем уверен, что наблюдаю за всем глазами прыщавого.
Какая грусть, какая боль. Хочется расплакаться. Внешне веселый, я сейчас взорвусь от печали и отчаяния.
Что-то силой выталкивает меня. И я вновь смотрю на бар из тела здоровенного охранника.
Ему наконец-то удается отвернуться от сцены.
– Я готова! – повторяет девушка.
Она вернулась раньше, чем мелкий успел досмотреть спортивное выступление с блестками.
– Пойдем! – Он берет девушку за руку и смотрит на меня. Смотрит, словно знает, что я никакой не охранник.
Отчего-то мне неловко. Состояние, будто застукали ночью у холодильника. А я и не ел, просто попить встал.
– Чего пялишься? – рычу басом на пацана.
– Никогда больше так не делай. Мое сознание закрыто для тебя.
– Что?
Киря улыбается своей хитрой брекетовой улыбкой.
Я чувствую, как охранник содрогается. Его мышцы напрягаются. Он вот-вот пнет мелкого.
Они выходят на улицу.
Стоило моргнуть, и вот я уже на улице. На мне кожаная юбка. Я чувствую, как от меня на километр несет духами. В руке у меня тонкая сигарета с длинным фильтром, вымазанным розовой помадой.
