В бескрайних просторах земного шара жили люди, но их мир был затянут невероятной тьмой. Оцепеневшие смотрели на свет из узких дырок, где оставались единицы сознания способные к ясновидению. Атмосфера была полна мрачными оттенками и глубиной тайн, скрывавшихся за кажущейся нормальностью повседневной жизни....
– И теперь всемогущий маг и волшебник Кирилл возвращался домой, – и врач заливается смехом.
Мама его встретила холодно. Кирилл говорит в моей голове, продолжает говорить о себе в третьем лице. Она ни на день не постарела и, как и все вокруг, ни капли не изменилась.
С порога обвинила мальчика в том, что ее сын прогульщик и так рано вернулся из школы, потому что не думает о будущем. Она словно не знала, не помнила, где все это время был ее ребенок. Где все это время я пропадал.
Она продолжала жить в своем сценарии.
– Люди разные. И сознание у всех разное. – Он говорит и гладит собаку.
Я смотрю на Кирилла глазами его пса.
– Кто-то в состоянии помнить себя не дольше часа. Другие справляются с неделей. Самые продвинутые помнят пятьдесят дней. Таких единицы. Кто может себя помнить дольше, до знакомства с тобой и Соней я больше не встречал.
На самом деле мы с Кириллом знакомы не больше месяца. Откуда у него уверенность, что со дня на день мы не потеряем память? Еще я хочу спросить Кирилла о детских воспоминаниях.
– Нет, – отвечает Киря. Он без слов знает, о чем я спрашиваю. – Вы с Соней не отключитесь. Поверь. А детство… Это все не то. Не настоящие воспоминания. Выдумка. Сказка, подходящая для уровня сознания.
Но. Я хочу возразить.
– Нет-нет. И твои воспоминания до наших занятий – не что иное, как ложь и фантазия.
– Обедать! – доносится голос мамы.
Мы переносимся в гостиную.
На столе расставлены тарелки, приятно пахнет мясом.
Я наблюдаю, как семья молча обедает.
Мальчик хочет встать из-за стола, но отец его одергивает:
– Подожди, пока все доедят.
– Сегодня твоя очередь мыть посуду, – добавляет мама.
Я чувствую, как вся семья, считая собаку и рыбку в аквариуме, словно спит. Они погрузились в иллюзию с головой, как страус в песок, и прячутся от действительности.
Все, кроме мальчика."
"Окажись я на месте Кирилла из этого рассказа, я бы просто взвыл. Но я отчего-то уверен, что прыщавый врет. В этой истории нет ни слова правды.
Кирилл терпеливо ждет, пока отец дожевывает стейк. Собирает тарелки и уносит в раковину.
По щелчку пальцев приборы, чистые и высушенные, стоят на полке, а мальчик сидит у окна.
– Я научился управлять материальным миром. Могу в прямом смысле из ничего создать все.
