В темных улочках старой части Москвы, где воздух напоминает сладкую резину, Фаина Григорьевна находит приют в своем сердце и ароматах любимых духов. Заманчивая чутка криминального жестокого мира соседства не может уничтожить очарование обычных мелочей: синего джинсового чулочка на пальме в подъезде, забытой старой кофемашины и громких разговоров прохожих о том, что сегодня новый театр покажет "Каскад"....
Нет, фамилию не назвала. Плевать! Она богата! Да уж, я знала, что ты умрешь от любопытства. Она попросила предупредить тебя, а разговаривать о работе собирается при встрече. В крайнем случае, если тебе не понравится предложение, просто пошли ее куда подальше. Полагаю, с этим у тебя проблем не возникнет. – Кира устало опустилась в кресло и широко улыбнулась. – Зато неплохой шанс заработать, тебе же постоянно нужны деньги. Выслушай ее. Да не за что. Удачи! Интересно, что ей нужно? Ну, пока. Звони.
Она отложила телефонную трубку и усмехнулась.
– Кто ж ее знает, – протянула Кира и придвинула к себе разложенные на столе фотографии. Выбор сделан. И сделан он Фаиной Григорьевной совершенно самостоятельно.
Глава 4
Если вас подхватило течение и несет вперед с увеличивающейся скоростью, а перед глазами уже начали мелькать кадры из прошлого, значит, впереди вас ожидает встреча с… водопадом.
Из заметок великого путешественника, побывавшего в Южной Африкена реке Замбези и больше никогда не покидающего пределов родного города– Мужчина, конечно, должен быть помешан на работе, но не настолько же. – Лора прищурилась и кокетливо улыбнулась Комлеву. – Кирилл, скоро ты будешь ложиться спать в пять утра.
– Надеюсь, этого не случится.
– В наш век иначе нельзя, – оторвавшись от куска буженины, произнес светловолосый худощавый мужчина лет сорока. Соня не успела выхватить из разговора его имя и прилепила к нему прозвище Студент. Уж слишком он напоминал красавчика-старшекурсника, уделяющего больше внимания внешности, чем вопросам образования. Даже великоватый пиджак смотрелся на нем пижонисто. – Если я всего один день не появляюсь в офисе, то…
– …то твоя секретарша впадает в уныние, – иронично закончил широкоплечий режиссер, накладывая на тарелку красную соленую рыбу.
«Как же хочется есть!» – подумала Соня, косясь на блинчики. Их осталось всего две штуки, и если учесть, что Ксюша съела сразу три, то, наверное, они действительно вкусные. С одной стороны, ради дела надо бы поскромничать, с другой – вполне можно и поесть. Но ее образ, к сожалению, не предполагает качественного обжорства, включающего бокал мартини со льдом. Она – сухарь. Рыба.
