Автор
В пещере зловония сменилась тьмы болота. Под ногами кипела вода, мешая шагать, сапоги проваливались глубже, каждый раз ударяясь о цепкие ветви хвоевых деревьев и устрицей сосен. Дрон-охотник не пропускал, стреляя случайные стрелы по темнеющему небосводу.
– Все поняли? За нами будет выслана «вертушка». С момента появления дрона прошло около получаса, значит, ждать осталось столько же. Всем собраться здесь, на сухом берегу, никуда не уходить, если не хотите остаться. Повторить?
– Не надо… мы поняли, – послышались голоса оживившихся людей.
– Командир, – хмуро сказал Редошкин так, чтобы его не услышали, – я бы не хотел бросить здесь наших ребят. Если отыскался Хасик, то и остальные могут где-то бродить по лесу.
Максим почувствовал небывалое облегчение, потому что он уже принял решение остаться.
– Я остаюсь.
– Да?! – поразился лейтенант, шире открывая глаза."
"– Буду искать ребят, попробую помочь лесу сражаться с вторжением чёрного «пришельца».
– Ну так и я останусь! – сжал руку майора лейтенант.
Его голос услышала обнимавшаяся с Марией Ивановной Вероника, подскочила, подозрительно оглядывая спецназовцев.
– Что я слышу?! Вы остаётесь?!
Максим приложил палец к губам.
– Не кричи! Мы не можем бросить своих товарищей, постараемся их разыскать. Вы улетите, и у нас будут развязаны руки.
– А потом? Как вы вернётесь?
– Так же, как и вы, – сказал Редошкин. – За нами пришлют вертолёт.
– Но в записке написано, что иномера… – Вероника споткнулась.
– Иномериана, я так понял, что это тоннель между мирами. Что тут непонятного?
– Написано, что она вот-вот оборвётся!
– Авось не оборвётся.
– В таком случае и я могу остаться! Я лёгкая и вам не помешаю, буду готовить еду, ягоды собирать, грибы. И нечего тут ржать!
Редошкин и Максим спрятали усмешки.
– Я бы возразил, но решать тебе.
– Подумаю, – пообещал Максим, колеблясь между «нет» и «да». С одной стороны, помощница отряду не помешала бы, с другой – никто не мог с уверенностью утверждать, что вертолёт прилетит за оставшимися ещё раз. И не давало покоя ещё одно обстоятельство: Вероника была племянницей президента. Как он отреагирует на невозвращение племянницы, представить было трудно.
Вероника просияла, хотела захлопать в ладоши, и Максим едва успел перехватить её руку.
– Никому ни слова! Учись сдерживаться! Не то улетишь вместе со всеми.
– Могила! – Девушка чмокнула его в щеку, сделала преувеличенно серьёзную мину и, когда он отпустил её, сказала театральным шёпотом: – Слушаюсь, командир!
Отбежала к седой соотечественнице.
Редошкин проводил девушку оценивающим взглядом.
– Похоже, она от тебя без ума, товарищ майор. Кстати, ты не забыл, что она племянница президента?
– Только об этом и думаю.
