Автор
Несмотря на печальную новость об уходе Андрея Ивановича, Тина и её сотрудницы, Вета и ты, остаются в шоке от этой радостной новости. Своими трепещущими руками они проникаются любовью к роли главных помощниц такого влиятельного начальника. Как же они несутся на работу следующий день, готовясь преемникам обеспечить продолжение слаженной работы и теплого дружеского общения....
Что же я натворила?!
Срываюсь с места и кидаюсь к боссу. Обнимаю его, утыкаюсь в плечо и быстро-быстро шепчу:
— Прости, прости! Я очень хорошо тебя понимаю! Даже слишком хорошо. Наверное, поэтому я так сильно удивилась и потеряла самообладание. Всё от того, что мы похожи. Конечно, я сделаю все на свете, чтобы тебе помочь. Не уходи!
Гордей первые секунды стоит, как каменный столб, а потом начинает оттаивать. Сначала гладит меня по спине, прижимает к себе. Потом переходит на волосы, шею, одну руку вообще спускает ниже талии.
"У меня, видимо, был такой сильный эмоциональный всплеск, что я плохо соображаю. И даже когда губы босса проходятся по моему виску, щеке, уголку губ — дрожу, глажу его по плечам, но наслаждаюсь происходящим, как будто всё так и должно быть.
А вот когда у меня во рту оказывается его язык и начинает там выделывать па из аргентинского танго, я начинаю понимать, что мы перешли все границы. И то только потому, что Гордей одновременно с этим задирает мою юбку и кладёт руку туда, куда никогда в жизни, даже случайно, ни один босс не должен класть руки своим подчинённым.
Я поспешно собираю свои шаловливые пальцы в кулаки, упираюсь ими в грудь Гордея и отталкиваю его. Он отпускает, и я от неожиданности делаю шаг назад, ударяюсь икрами в край сидушки и падаю в кресло. Дышу тяжело, шумно и смотрю на босса перепуганными глазами. Он тоже дышит, как будто пробежал стометровку, но взгляд у него совсем не испуганный.
— Ну, раз мы нашли общий язык, — с усмешкой говорит Варвин севшим на пару тонов голосом, — предлагаю заняться фотосессией.
Да уж. Язык мы точно нашли. Я его, а он мой. С этим не поспоришь. Только я вот теперь себя чувствую не в своей тарелке. И все выходные так буду чувствовать. А может, и дольше.
— Давайте займёмся, — тем не менее говорю, чудом взяв себя в руки, но вновь сбиваюсь на «вы», — какие вы хотите сделать снимки?
— Хорошие, Лада.
Что ж. Вот он — мой шанс доказать, что меня никакие катаклизмы не могут выбить из колеи, и за такого ассистента надо держаться.
Включаю мозги на полную мощность и подхожу к комоду. Достаю пижаму.
