Автор
В столице, где все дорожит временем, девушка решает перевестись на заочку для подработки. Непредсказуемость жизни превращается в адскую несправедливость, когда она обнаруживает себя в центре загадочной истории смерти невероятных масштабов.
В машине становится душно и я расстёгиваю свою куртку.
— Ну вот. Сами все и возьмём.
—Да. Но… Только есть одна проблема, — Алина берётся двумя руками за руль и смотрит прямо перед собой. — У него там девушка живет. Точнее он с ней живет, — сникает она.
Весело. Мы ведь не можем, просто взять и вломится к ней. Тем более, что правду сказать мы тоже не можем.
— Как мы ей объясним своё появление? — девушка переводит на меня свой грустный взгляд.
— Соврём что-нибудь. Дело в том, — бодро отвечаю, а сама понимаю, что это статья.
— Ань, мне как-то стрёмно.
И мне… Но ей я этого показывать не стану.
— Кстати, у меня есть идея, — в мою светлую голову приходит гениальная мысль. Я отстёгиваю ремень безопасности и бегу в дом."
"— Петровна, где у нас тряпки, швабры, ведра? — запыхавшись кричу с порога.
— В кладовой. А тебе зачем? — доносится мне с кухни.
— Надо!
Залетаю в кладовку. Хватаю два ведра, бросаю труда перчатки, моющие средства и мочалки. Под мышку беру две швабры.
Но, на выходе из дома меня перехватывает тетя Таня.
— Ань, ты куда? А ну, говори мне быстро правду! — грозно говорит она.
— На субботник, — шиплю в ответ.
— Какой еще субботник? — она держит меня за руку.
— Обыкновенный, — выкручиваюсь из ее захвата, — обыкновенный, такой субботник, — и выскакиваю на улицу.
Егор
— Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту города Мюнхен. Температура за бортом минус пятнадцать градусов по Цельсию. Время — четырнадцать часов двадцать одна минута. Просьба всем оставаться на местах на своих местах, до полной остановки двигателя, — раздаётся из динамика громкий голос стюардессы.
Наконец-то!
Когда шасси самолета касаются земли, и весь салон раздаётся бурными овациями, у меня будто что-то обрывается внутри. И сразу становится легко дышать. Я отстёгиваю ремень безопасности и жду когда самолёт заглушится двигатели, и к самолёту подадут трап.
— Егор Владимирович, вы как? — спрашивает меня Олег. Которому хоть бы хны. Он весь полет рубился в GTA на планшете.
— Нормально, — отмахиваюсь я.
Три часа. Три. Гребаных. Часа. Ненавижу летать! Мне не помогает даже алкоголь.
— Сейчас сразу же в гостиницу. Переоденемся и на встречу поедем, — из своего места наблюдаю, как некоторые пассажиры повскакивали из своих мест и начали толпиться у прохода.
— Понял, — мой безопасник отключает планшет и прячет его в ручную кладь.
Я решил заняться недвижимостью в Германии. Это самый прибыльный бизнес во всем мире.
