Автор
В темном переулке городских окраин, вдали лишь сумрак от лампочек вдоль фонарей, машина хлюпала по грязному асфальту. Внутри профессор дрожал от усталости и волнения — он был невероятно непривычен к таким условиям передачи. Каждое движение теперь стало точкой отсчета в его жизни, будто он начинал с нуля....
Мужчина высвободил ноги, переступил через брюки, стащил носки, выпрямился и рвано выдохнул. Его голодный взгляд жадно пробежался по хрупкой фигурке Ольги.
— Продолжать? — В уголках ее рта играла смущенная улыбка."
"Но Озеров уже перехватил инициативу: торопливо расстегнул пуговицы, содрал с себя рубашку и швырнул ее на пол. Остатки его воли ушли на то, чтобы не разорвать сразу всю одежду на девушке, поэтому он неторопливо опустился на постель рядом с ней и сосредоточился на предварительных ласках.
Черт. Похоже, он мог кончить от одних только поцелуев, потому что Ольга взяла его лицо в ладони и вместо привычного касания нежно слизнула остатки пенки над его верхней губой. Облизала свои губы, игриво улыбнулась и повторила приемчик. Низ живота профессора налился тяжестью и загудел от желания.
Эй, кто тут кого соблазнял?
Мужчина слышал, как громко стучит ее сердце, ощущал дрожь, которая бьет ее тело, видел неуверенность во взгляде, но, черт подери, эта девушка хоть и действовала инстинктивно, но всякий раз попадала в самую точку!
Он притянул ее к себе и наградил глубоким поцелуем.
Его язык скользнул к ее губам, словно спрашивая разрешения и ища вход, и Ольга открыла свой рот, впуская его. Она судорожно вдохнула, и вместе с жарким дыханием его горячий язык проник внутрь.
Мужчина видел, как закрылись глаза девушки, как трепетали ее ресницы, как она вся полностью отдавалась в его волю и наслаждалась процессом.
Девушка грудью прижалась к его груди и позволила мужчине сжать себя в объятиях. Она буквально вдавилась в его тело. Прижалась бедром к выпуклости между его ног и сладко застонала. Матвей чувствовал, как ее дыхание заставляет ходить ходуном ее грудную клетку, он и сам уже был доведен до такого состояния, когда каждое движение было настолько же приятным, насколько и болезненным.
В низу его живота пульсировало, организм требовал скорой развязки, и Озеров, словно обезумев, схватил девушку за волосы на затылке. Он впивался в ее рот, оставляя в нем легкий пивной привкус, терзал ее губы, обжигая колючей щетиной лицо, жадно целовал и сам тоже едва не задыхался, пытаясь не застонать.
