Взрывная сила конфликта между героиней и её вызывающим противником определяет события в этой книге "Одарена и особо опасна". Страх и ненависть растекаются по толпе, готовой к драке. Вашему вниманию предстоит жаркая драма с яркими персонажами и взрывами адреналина в каждых страницах....
Преподаватель из нового набора, наверняка приятель ректора.
Дайте угадаю… физическая подготовка? Боевая магия?
— Студент оступился и упал! — выпалила Эрида.
Я уважительно дернула бровью.
Надо же, не выдала! Или правда не заметила моего маневра? Искренне списала все на случайность?
— Оступился? — недоверчиво протянул мужчина и вытянул шею, оценивающе разглядывая Блюфроса. — Сам?"
"— Разумеется! — оскорбленно вскинулась я.
Между прочим, могу под артефактом правды подтвердить, что его не толкала!
Пальцем не тронула!
— Мисс Данквальд, вы меня поражаете, — приложив руку к груди, заявил ректор, разворачиваясь ко мне.
Я скромно опустила глаза. И притворяться не пришлось — похвала была приятна. Знаю, что произвожу неизгладимое впечатление, но чтобы так быстро…
— И суток не прошло, как вы здесь, а уже влипли в неприятности! — добавил мистер Айзенхарт, и мое благодушие улетучилось.
— Я здесь ни при чем!
— Может, вы меня все-таки вытащите? — жалобно подал голос из бездны Блюфрос.
Мы с ректором не обратили на его писк ни малейшего внимания.
— Хотите сказать, что представитель знатной семьи, с неисчислимыми поколениями предков, обучавшихся в академии, по собственной дурости полез проверять на прочность защиту? — рявкнул мистер Айзенхарт. — Он же слышал о ней с детства и наверняка в курсе, что соваться туда не стоит!
Я демонстративно развела руками.
— Вы же знаете, что говорят по этому поводу медики. Близкородственное скрещивание, вырождение, деградация.
— Вижу, на вас она перестаралась! — фыркнул ректор. — Ни капли уважения к старшим и почтительности к вышестоящим! В кабинет, быстро!
Он развернулся и широко зашагал обратно в сторону академии.
— А как же я?! — взвыл снизу бедолага Блюфрос.
Айзенхарт не глядя взмахнул рукой и незадачливый ухажер воспарил над обрывом.
Да так, спеленатый, и полетел следом.
Я посеменила за ними.
Эрида тоже увязалась, то ли из обостренного чувства справедливости, то ли за компанию, то ли из любопытства.
Остальные, видя к чему все идет, рассосались в воздухе не хуже щебенки.
Только бугай, приспешник ректора, топал, замыкая процессию.
Обратный путь мы проделали куда быстрее. Ни любоваться на цветуще-плодоносящие деревья, ни следить за стремительно темнеющими в сумерках облаками, обрисовывающими купол, времени не было. Ректор от раздражения почти бежал, и мне приходилось за ним поспевать, подобрав юбки.
