Взрывная сила конфликта между героиней и её вызывающим противником определяет события в этой книге "Одарена и особо опасна". Страх и ненависть растекаются по толпе, готовой к драке. Вашему вниманию предстоит жаркая драма с яркими персонажами и взрывами адреналина в каждых страницах....
— Мы сегодня ночью прыгнули с острова, имея в запасе ровно два артефакта полета, — вздернула я подбородок. — Ты действительно считаешь, что ситуация сейчас опаснее?
— Однозначно. Заметь, у нас было целых два артефакта. Что ты собираешься противопоставить мистеру Манкорну?
— Понятия не имею, — небрежно дернула плечом. — Что-нибудь на ходу придумаю. Ненавижу импровизации, но иногда без них никуда.
— Согласен, — кивнул Айзенхарт.
И ловким движением открыв дверцу, выпихнул меня из кэба!
Мы как раз проезжали поворот, так что я скатилась на обочину и села, отплевываясь.
На моих глазах этот идиот — другого слова не подобрать — выбросил и чемодан, помахал мне рукой и захлопнул дверцу.
Лошадка продолжала неспешно трусить, не поведя ухом на всю эту акробатику, и вскоре кэб скрылся за деревьями. Возница либо ослеп и оглох, либо ему был дан приказ доставить именно Айзенхарта, а меня — как получится.
Ну уж нет, я так просто не отступлюсь!
Я поднялась и не спеша, прихрамывая, побрела к саквояжу. При падении неслабо ударилась бедром.
Судя по тому, что мы находимся в пригороде, до резиденции Манкорна осталось недалеко.
Но не побегу же я за кэбом, волоча за собой чемодан! Тут придется выбирать.
Спасать упертого ловца или нести муассаниты обратно Фальку."
"Собственно, а где гарантия, что меня не прибьют, как только я снова заявлюсь на порог посредника?
Нет уж, будем рассуждать логически.
Единственный способ для меня выручить хоть что-то и не стать изгоем — разделаться с Манкорном.
Но для Айзенхарта своей так и не стала.
Прискорбно.
Ну, мне не привыкать. Одиночество — мое второе я. Сменю имя, залягу на дно на несколько лет. Покраситься, что ли? Блондинкой мне не идет, а вот рыжей…
Пока голова была занята планами на ближайшее будущее, руки сами маскировали саквояж. Отстегнутая темно-серая юбка легла поверх него в канаве, сверху насыпались листья и немного земли, чтобы в глаза не бросалась конструкция.
Вскинув руки, я неуверенно выплела заклинание купола.
Он получился чуть больше, чем я рассчитывала, и сожрал половину резерва, но встал как родной.
Я отошла к дороге и проверила. Вроде не видно.
Ну и ладно. На пару часов хватит, а там либо я вернусь, либо кому-то крупно повезет.
После моей смерти купол в любом случае спадет.
Трусить в туфельках по пыльной и пустынной проселочной дороге — сомнительное удовольствие.
