Автор
В мире стремительно меняющихся технологий, где каждый день открывает новые потенциалы и возможности, наш главный герой, несмотря ни на что, остался в стране. Несмотря на трудности и непредвиденные обстоятельства, он продолжает искать пути развития и самовыражения. Сюжет ведет нас по невероятному переплетению событий, где каждый шаг может изменить судьбу главного героя....
— Или что? — расстегнул ворот Свирский.
— Или вы выплатите мне хорошую виру за подготовку покушения на члена клана Апраксиных, точнее, здесь уже рода, и ложные обвинения в его адрес.
— Мы не… — пытался что-то вякнуть Донцов.
— Да вопросов нет, господа, — ласковой улыбкой палача улыбнулся отец. — Ждите судебных приставов.
— Хорошо. Нам надо посовещаться…
— А не о чем тут совещаться, — прервал его отец. Вот, наконец, в голосе появилась сталь, свойственная высокородным аристо. — Либо вы принимаете виру и выходите отсюда свободно, либо дома вас будут ждать экипажи Русской Правды.
— Хорошо, мы согласны, — сдался самый трусливый из них, старший Потоцкий. — Ваши предложения?
Отец еще раз нажал кнопку принтера.
— Вот.
Донцов взял лист бумаги.
— Это неприемлемо!
Отец кивнул, и нажал кнопку под столом. Распахнулись двери, и на пороге появились двое наших безопасников.
— Выведите благородных господ из имения и больше не пускайте. Они здесь нежелательные гости, — бросил им отец.
— Подождите! — завопил Свирский.
— Вы говорите только от своего имени или всех вас? — уточнил отец.
— Всех нас, — Свирский быстро пробежал глазами строчки.
— Вы получили мои требования. Ах да, Александр? У тебя еще что-то будет добавить?
— Будет, — сказал я. — Требую публичных извинений ваших детей. И еще, господин граф, я вызываю вашего сына на дуэль, как только ему позволит здоровье принять вызов чести.
Донцов скрежетнул зубами.
— Не смею задерживать вас больше, господа! Мой вирник заедет к вам завтра с утра.
Вот тут как раз подходит «графиня изменившимся лицом бежит пруду», как гласит классика. По крайней мере, аристо резво рванули на выход, и рожи у них выражали спектр эмоций. Сплошь отрицательный.
— Я же тебе говорил, молчи и слушай! — усмехнулся папаша.
— Вам бы, папенька, в театре играть…
— Не поверишь, было такое желание, — вздохнул отец. — Но, увы, мы, наследники таких родов и бизнес-империй не властны над собой.
— Только вот я до конца не понял, зачем был нужен этот спектакль…"
"— Ты точно не понял, — усмехнулся он. — Особенно почему их требования в письменном виде я сохранил. Мне нужно было знать, что они хотят получить и кто за ними стоит. Ты уверен, что все это было только из-за той шалашовки?
— Э-э…
— Вот тебе и э-э, — передразнил меня он. — Судя по тому, что они затребовали, кто-то за ними стоял и диктовал, что у Апраксиных нужно отжать.
