Автор
Сердце бешено колотится от адреналина. Вечеринка достигла кульминации, и я вижу невероятную сцену перед глазами: женские вопли, мужская радость и даже шум музыки — все это создает напряженную атмосферу. Улыбнувшись себе в зеркало, я решаю выйти на сцену и оставить свой отпечаток в этой необычной вечеринке, запечатлев ее в памяти навсегда....
— Эти никчемные представления для публики мне уже поперек горла, — не унимается она, хотя с ней уже никто не разговаривает, — все для этой чокнутой Императрицы делается, только не пойму, чего она боится?
Девушка наконец-то замолкает, не видя никакой отдачи со стороны остальных Ид, и, как мне показалось, все вздохнули с облегчением, кроме меня, конечно.
Для меня эти крупинки информации были как глоток воды в жаркую погоду. И я про себя молилась, чтобы она не затыкалась и говорила еще, но моим просьбам никто не внял, так как снова голос мэрои сообщил, что наши тела вновь наполнились силой, и теперь мы может отдавать Императору ее столько, сколько понадобится.
Празднования длились бесконечную вечность. Мне кажется, что я даже в процессе два раза впадала в беспамятство. Непрекращающаяся ни на минуту музыка гудела в зале, заполняя все пространство не только внутри помещения, но и внутри меня.
Но я так и продолжала кружить вместе с девушками по комнате, не останавливаясь, и ноги уже отнимались, и тело ничего не чувствовало, оно будто парило в воздухе. Толпа, состоящая, в основном, из женщин улюлюкала и пела странные песни, но они действовали странным образом на мозг.
Эта какофония продолжалась и продолжалась, заставляя сознание забиться на задворки черепной коробки и не высовываться оттуда.
Очнулась я от того, что смертельно хотелось пить. Язык, казалось, прирос к небу, а во рту не то что пустыня Сахара образовалась, там было ощущение просто выжатого до последней капельки лимона с ребристой морщинистой кожурой.
