Автор
Сердце бешено колотится от адреналина. Вечеринка достигла кульминации, и я вижу невероятную сцену перед глазами: женские вопли, мужская радость и даже шум музыки — все это создает напряженную атмосферу. Улыбнувшись себе в зеркало, я решаю выйти на сцену и оставить свой отпечаток в этой необычной вечеринке, запечатлев ее в памяти навсегда....
Тогда Принц кивает в сторону, и моему взору предстают люди, что стоят на коленях в рядочек, по их виду понимаю, что это родители и близкие мальчика.
— Убить, — короткое слово вырывается изо рта мужчины, и в один миг всем пятерым перерезают горло.
«Боже, нет, нет!»
Закрываю рот руками и часто-часто моргаю, чтобы прогнать все эти видения. Нет, я так не смогу поступить с ним никогда. Я…
Сердце стучит так громко, что уши закладывает от этого звука. И конечно же, я понимаю, что мне придется принять свою участь, каковой бы та ни была, хоть и страшно непомерно, но это не то же самое, что сделать людям больно.
Я сцепила зубы и пальцами впилась в край покрывала. Почему я здесь чувствую себя, словно в ловушке? Почему не могу найти выход? Глаза закрылись после еще нескольких десятков вопросов к самой себе, и я провалилась в какую-то густую жижу под названием «сложившаяся ситуация — полное дерьмо, как и новая красивая человеческая шкурка» в которую меня заточили».
— Госпожа, — выдергивает меня горячий шепот Амина из небытия, — вставайте, госпожа, уже пора одеваться, сегодня же вам к Императору идти.
Амин продолжает трясти меня за плечи, и я, как оглашенная, вскакиваю на постели и смотрю на него.
— Что? — выдавливаю из себя.
— Давайте же, вставайте, ида, скоро вам кэро одежду принесет, — он оглядывается на дверь. — Ведите себя, как и раньше, только больше не касайтесь никого, чтобы не выдать себя, — он замолкает. — И даже с Императором ведите себя, как обычно, он не сможет сразу догадаться ни о чем, — шепчет он мне в щеку, так как склонился очень близко.
— Амин, Амин, — я встаю с постели и уже расправляю руки для объятий, как в комнату входит кэро. Я так и застываю с открытыми объятиями и открытым для благодарности ртом.
— Госпожа, вам не следует так допоздна спать, — в голосе Амина нет ни капельки эмоций, которые так и плескались из него мгновение назад, — иначе ваша кожа покроется преждевременными морщинками.
Он расправляет складки моей прозрачной ночнушке.
— Ты много себе позволяешь говорить, — включаюсь я в игру. — Что застыла на месте, давай платье, сколько еще мне ждать? Пока руки не отвалятся?
Кидаю недовольный взгляд на кэро и вижу, как руки девушки пробивает крупная дрожь. Но я стараюсь на это не обращать внимания, потому что другого варианта нет, и мне приходится вести себя, как маленькая дрянь. Я оглядываю ее лицо. Как ни странно, шрам на щеке практически незаметен, и это меня радует.
