Автор
В мирной деревне жительница погружается в сложные отношения с влиятельным мужчиной, который использует её как инструмент для достижения своих целей. Внешний покой скрывает тонкие ловушки и подлость, заставляя героя выбирать между своим сердцем и собственной безопасностью....
Врубил ледяной душ, щедро поливая её водой. Элла завизжала, пытаясь укрыться от тугих струй лейки.
— Ай, холодная! Алекс… Холодно же!
— Тебе надо остыть.
— Прекрати! Мне холодно!!
— Будешь ещё нападать на Таю — будешь ещё вот так купаться!
— Да не буду я её трогать больше! — выла она, пытаясь увернуться от воды.
— Точно?
— Не буду! Лёш, ну выключи воду! Пожалуйста…
Решив, что с неё и того хватит, закрутил краны. Вернул лейку на место и снял с крючка висевшее рядом полотенце. Подал ей.
— На.
Девушка так и осталась стоять в кабинке и дрожать от холода.
Я смотрел на неё и не мог понять — как можно так опуститься и себя унизить?"
"— Ну и как ты докатилась до жизни такой? — спросил я, окидывая ее пренебрежительным взглядом. — Зачем, Элла? Ты же всегда вела себя с достоинством. Я тебя не узнаю… Где та гордая женщина, которую я знал?
— Ты с ней теперь? — спросила она дрожащими от холода губами.
— Нет, — ответил я. — Тая всё ещё замужем за Пашей.
— Но ты хочешь быть с ней.
— ...Хочу. — Нет смысла скрывать очевидное. — Но как это касается тебя? Смею напомнить, что ты больше не моя жена.
— Я помню…
— А по-моему, сегодня забыла.
— Почему она? — хлюпала Элла носом, убирая со лба мокрые пряди волос.
— Не знаю, — пожал плечами я. — Разве кто-то может выбирать, кого любить?
— Ты любишь её, Лёш?
— Люблю, — снова ответил я честно.
— До сих пор?
— До сих пор.
— И тогда любил.
— К чему ты сейчас об этом говоришь, Эль?
Она подняла на меня свои синие глаза. Ей тоже жилось эти годы несладко…
— Я не могу тебя забыть. Что мне делать, Лёш?
— Я не знаю. Жить дальше. Мы с тобой расстались.
— Я думала, что мы могли бы попробовать заново… Помнишь, мы ведь здесь и познакомились с тобой. В этих горах.
— Помню, — поднял я брови вверх. — Только это прошлое, Эль. Перестань себя изводить мечтами о том, чего никогда не будет.
Больше продолжать этот бесполезный и утомительный разговор я не собирался. Меня беспокоило состояние Камилы — не попало ли ей по вине взбесившейся и потерявшей всякие рамки Эллы — и состояние Таи — я заметил на её лице ушибы и царапину. Эта стерва здорово её поколотила.
