Автор
Тая скрывала беременность от мужчины, который разрушил её семью. Он был другом её супруга, но их связь оказалась роковой. Теперь Северов готов на всё, чтобы вернуть потерянное и захватить её сердце. Страсть, боль и невозможная любовь переплетаются в этой истории о грехе и одержимости.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Одержимость Грешника»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Тая скрывала беременность от мужчины, который разрушил её семью. Он был другом её супруга, но их связь оказалась роковой. Теперь Северов готов на всё, чтобы вернуть потерянное и захватить её сердце. Страсть, боль и невозможная любовь переплетаются в этой истории о грехе и одержимости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тая скрывала беременность от мужчины, который разрушил её семью. Он был другом её супруга, но их связь оказалась роковой. Теперь Северов готов на всё, чтобы вернуть потерянное и захватить её сердце. Страсть, боль и невозможная любовь переплетаются в этой истории о грехе и одержимости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Неужели в самом деле переживает? Сложно поверить в такое...
— Значит, так, — заговорил Алекс снова, когда я провалилась в свои мысли. — Я вызову врача. И после осмотра куплю тебе лекарства сам и привезу. Пусть Катя ухаживает за тобой. Ребёнок где?
— В саду, — ответила я, обалдев от того, что происходит.
Алекс… заботится обо мне и моей дочери?
— Забрать её оттуда сможет твоя Катя?
— Да… Я позвоню в сад и предупрежу, что приедет за ней Катя. На такси.
— Тогда жди врача. Пока.
Он завершил разговор.
5.
Вскоре приехала Катя.
— Ой, да вас совсем прямо знобит, миленькая, — приложила она к моему огненному лбу мокрую холодную тряпку.
— М-м… — застонала я от ощущения прохлады на лице и закрыла глаза. — Да, что-то мне совсем нехорошо. Потому я тебя и позвала. Никак мне не справиться одной…
— Я с вами, Таечка, не волнуйтесь, — погладила меня по плечу Катя. — Всё будет хорошо.
— Кать, сейчас приедет доктор. Откроешь ему дверь, ладно?
— Конечно, — кивнула она, поднося мне воды в стакане. — Ну-ка, пейте. Больному организму нужна водичка. Давайте-давайте… Вот так, красавица вы наша. Поставим скоро вас на ножки, и снова побежите по дорожке.
Глянула на неё и улыбнулась. Словно вторая мама. Такая тёплая и уже родная. Поймала себя на мысли, что скучала по этой большой и мягкой женщине.
— Вот так. Ложитесь.
Она помогла мне улечься в постель и укрыла одеялом.
— Нужно будет забрать Ксюшку из садика, — сказала я, устраиваясь поуютнее в своём гнёздышке.
— Заберём, не волнуйтесь. А сестра ваша может привезти малышку?
— Не знаю… — пожала я плечами. — Сейчас позвоню ей.
— Давайте, — сказала Катерина, вставая с кровати. — А я пока бульончика куриного сварю. Худая вы стали, Таечка… Так нельзя.
— Спасибо, — ответила я ей, понимая, что в моём состоянии смогу съесть лишь пару ложек чудесного бульона Кати, и то — потому что она очень старалась для меня. Что не шло мне в горло, так это еда.
Катя ушла, а я развернула меню телефона и набрала номер Юлии.
— Алло, Юль!
— Привет, сестра моя.
— Привет. Ты... — заговорила я и тут же закашлялась.
— О-о… — тут же всколыхнулась она на том конце провода. — Заболела, что ли?
— Блин… Да, — прогундосила я в трубку. — Ваще звездец полный…
— Врача вызвала?
— Алекс вызвал.
— Алекс?
— Так, давай без подколок, — тут же одёрнула я Юлю. Заведёт сейчас свою шарманку… Эта песнь о принце Алексе мне порядком успела надоесть! — Он совершенно случайно узнал о том, что я заболела.
— Как это? — не поняла Юля.
— Ну, я звонила Кате...
— И что?
— Попала к Алексу.
— Что, прости? — рассмеялась эта коза. — Как можно звонить Катерине, а попасть к Северову? Ну-ка, расскажи, даже интересно стало.
— Вот так, — вздохнула я. — Тыкнула куда-то не туда и ему выболтала, что больна.
— Шарик, ты балбес, — продолжала ржать Юлька.
