Автор
Я пришла в себя после долгой дремы, когда всё вокруг казалось черной тьмой и ужасом. Моя голова молотила с невероятной силой, как будто меня пытались выбить из жизни камнем, а тошнота не давала дышать. Больше всего я боялась неизвестности — какова будет судьба? Только догадки подсказывали мне о моем будущем....
Что? Да как же так?
— Не верю.
— А ты позвони и спроси. Но, сделаем после того, как поговорим, сейчас у тебя другая проблема — жизни твоего малыша грозит опасность. Вернее, тебе не позволят его родить. А если и позволят, то врагу не пожелаю его судьбы.
Что там я говорила, что быть не может так дерьмово? Ошибалась, ещё как может.
— Хорошо, давай поговорим, но только в людном месте. И ещё, откуда тебе известно, что я в положении?
— Ты заходила в клинику на днях, я решила узнать причину. А бояться тебе меня не стоит, я последняя, кто причинит тебе вред.
— С чего вдруг? — усмехнулась, не веря в её искренность.
— Не знаю, — устало потёрла она виски. — Просто… — замялась. — Вернее, у меня на подсознательном уровне заложено тебя защищать любой ценой. Я даже, грешным делом, думала, что запрограммировал кто-то. Только так вот воздействовать никто не сможет. Просто… я должна тебя спасти, и точка. Кто-то поставил задачу, но не желает, чтобы о нём знали. Страхуется на случай, есть я провалю задание.
— Если честно, то нет.
— Разумно, учитывая наше с тобой знакомство. Ну да ладно, я не в подруги тебе набиваться пришла, а предупредить. Вернее, помочь сбежать, пока не поздно. Прознают о том, что ты беременная, и участь у ребёнка будет незавидная. Вообще, я удивляюсь, как Малиновский допустил подобное, уж кто-кто, а он знает, что ребёнок от него может родиться не совсем нормальный. Вернее, он ни за какие коврижки бы не захотел стать отцом.
— Ты сейчас о чём?
То, что Инесса говорит правду, у меня даже сомнений не возникло — так лгать никто ещё не научился. В глазах какая-то затаённая боль. Видимо, она хотела ребёнка и была неравнодушна к Ивану. Но тогда неувязочка: ей невыгодно мне помогать. Только женская интуиция вопит, что она не враг. Возможно, она права, её заставили, но то, что помочь хочет — факт.
— Давай присядем, такие новости на ногах, да в твоём положении, не стоит… — она замялась.
Мы расположились на лавочке, стоящей в отдалении от людей, повернулись друг другу лицом. Я с интересом её рассматривала: красивая, ухоженная. Почему Иван на неё не клюнул?
— Ну так в чём дело? — решила подтолкнуть её к разговору."
"— Ты знаешь, что Ивана пять лет назад вытащили чуть живым из лаборатории одного злого гения? — Сказать, что я испытала шок — ничего не сказать, эта новость была как гром среди ясного неба.
