Автор
Ника — взглядом призывает моего внимания. "Тебя не учили здороваться?" — с вызовом спрашивает знакомый голос. Я прерываюсь между энергетиком и жвачкой, чтобы ответить холодным тоном: "Добрый вечер". Настроение после двенадцатичасовой смены, не в силах прекратиться, уже ни о чем другом не мечтаю, кроме как обнять свой теплый коврик. Когда другие студенты наслаждают ночью свои досуги, я предпочитаю отдых в своей комнате....
Поняв по моему лицу, что меня вот-вот стошнит, он тащит меня в ванную, где я прощаюсь со всем, что съела в ресторане. Потом просто сижу около ванной, не в силах подняться на ноги.
– Ну всё, мне это не нравится, едем в клинику отца, там возьмут все анализы и быстро поймут, в чем дело.
– Не боишься, что папочке доложат… – пытаюсь сказать я ехидно, но получается откровенно жалко.
Халид молча подхватывает меня на руки, и мы спускаемся в лифте на подземную парковку. Он также молча усаживает меня в машину и, пристегнув, довозит до той же больницы, где Сашке делали операцию.
– Я просто отравилась, – бурчу я, чувствуя себя глупо оттого, что меня снова несут на руках. Но Мирзоев даже ухом не ведет, молча идет со мной до приемной, где усаживает на стул и начинает что-то объяснять дежурной медсестре,
После осмотра и забора крови на анализ врач выдает мне тест на беременность, на который я смотрю так, словно передо мной ядовитая змея.
– Я не могу быть беременна! – отрицаю я.
– Мы должны исключить эту вероятность, проще сделать тест, чем ждать анализ крови, – одаривает меня дежурной улыбкой женщина.
Не став больше спорить, я молча беру тест вместе со стаканчиком и иду в уборную. Быстро делаю всё что надо и, завернув тест в туалетную бумагу, иду обратно. Мне даже неинтересно смотреть на эту палочку, ибо я знаю, что не беременна.
– Посмотрим-ка… Поздравляю, Вероника, вы беременны.
* * *– Пусть мне сделают аборт! – требую я, выскакивая из кабинета. Мирзоев ждет снаружи и не сразу понимает смысл моих слов.
– Успокойся и объясни, что с тобой? – требует Халид, удерживая меня за руки.
– Происходит то, что я беременна, черт побери! – не обращая внимания на то, что нас слышат те, кто стоит в коридоре, верещу я. – Я хочу…
– Халид, что здесь происходит? О чем говорит эта девушка?! – раздается строгий голос, и, кинув лишь взгляд за спину Мирзоева, я понимаю, кто это.
– Папа… – тут же оборачивается Халид. – Это… – явно теряется он, не зная, что ответить. Или же пытается придумать, как выкрутиться?
– В мой кабинет, живо! – чеканит мужчина, что так похож на моего мажора. – Оба, – зловеще добавляет он, кидая взгляд в мою сторону. Мужчина разворачивается и идет к лифтам, а я прикидываю, как бы мне сбежать. Совершенно не хочется быть предметом нападок этого влиятельного человека.
