Автор
Ника — взглядом призывает моего внимания. "Тебя не учили здороваться?" — с вызовом спрашивает знакомый голос. Я прерываюсь между энергетиком и жвачкой, чтобы ответить холодным тоном: "Добрый вечер". Настроение после двенадцатичасовой смены, не в силах прекратиться, уже ни о чем другом не мечтаю, кроме как обнять свой теплый коврик. Когда другие студенты наслаждают ночью свои досуги, я предпочитаю отдых в своей комнате....
– А что с Ратмиром? Тебе не кажется странным, что ты выходишь замуж за его дядю? – вспоминаю я о друге-психе Халида.
– А что с ним? Было и было, я и думать о нем забыла, как и он обо мне, – врет она, что я тут же подмечаю, но молчу. В конце концов, мне ли говорить об отношениях и лжи?
Вдоволь наговорившись, расстаемся с подругой, и я иду в магазин, где намереваюсь купить подарок Халиду. Меня несет туда обида, с которой никак не могу совладать.
Ну не позвал он меня на день рождения, и что с того? Я не должна обижаться.
Что и кому я хочу доказать? Сама не знаю. Это что-то странное и необъяснимое, глупое и неразумное, ведь я трачу баснословные деньги на подарок Халиду, которые могли потратить на что-то полезное. На подарок, который ему не нужен.
У него есть всё, что он может только пожелать, а его отец и богатые друзья наверняка подарят что-то суперкрутое, на фоне чего мой подарок покажется ничтожным.
Халид
– Я думал, ты не любишь свою днюху, – выходит вслед за мной на балкон Ратмир.
– Не люблю, и именно поэтому прячусь тут, – вздыхаю я, наблюдая за тем, как друг достает пачку сигарет и прикуривает. Меня самого разрывает от желания затянуться, но я дал слово отцу, и нарушать его не собирался.
– Будешь? – кивает он на сигарету.
– Нет, – качаю головой больше для себя, чем для него.
– Заметил дочку Галаева? – прислоняется Ратмир бедрами к перилам.
– Да, а что? – хмурюсь я. – Понравилась?
– Рассмешил, – хохочет он.
– Тогда зачем спрашиваешь? – не пойму я.
– Скоро поймешь, но мой тебе совет – не торопись, еще успеешь сковать себя ненужными узами.
– Ты явно бредишь, может, тот удар, что отпечатался на твоем лице, повредил тебе голову?
– Да ты…
– Господин Мирзоев, вас зовет отец, – прерывает нашу беседу горничная, заглянувшая на балкон.
– Иду, а с тобой поговорим позже, – киваю я другу, направляясь к отцу.
