До окончания университета оставалось менее двух месяцев и скоро мне предстояло защищать свой диплом, а события в наших отношениях с Адамом действовали очень непродуктивно на учебу.
– Слушай, мы с Лор видим, что с тобой что-то происходит. – Эмми села на край моей кровати и с участием улыбнулась. – Если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь поговорить с нами. Ты же знаешь?
Я кивнула и, потянувшись, обняла Эм за шею.
– Конечно, знаю. Вы столько раз помогали мне преодолевать трудности. Это неоценимо.
– Мы все в то или иное время проходили через трудности. И хорошо, что мы были и есть друг у друга.
Я кивнула, и мы с Эмми вновь крепко обнялись, засмеявшись сквозь навернувшиеся слезы.
За эти четыре года мы стали нашей маленькой, крепкой семьей. Грустно было осознавать, что скоро каждая из нас пойдет своей дорогой. Что больше не будет ночных посиделок со сплетнями о парнях и ворчанья из-за занятой ванны. Мы по прежнему останемся родными друг другу, но невозможно избежать изменений.
Лорен уедет в Лос-Анджелес и бог знает, когда мы вновь увидим ее. Эм собиралась остаться в Чикаго, и я тешила себя тем, что хоть с ней мы будем видеться чаще.
Чуть позже Эмми ушла на свое свидание, Лорен была на смене в ресторане, а я решила сделать перерыв в учебе и вышла за ужином. В тайском ресторанчике поблизости от нашего общежития я купила салат из лапши и жареный рис с курицей, тут же вернувшись назад.
Адам звонил еще раз, пока я ждала свой заказ, но поколебавшись, я вновь пропустила вызов.
Прошло три дня с того момента, как пугающая правда обрушилась на меня и я все еще не была в норме, чтобы говорить с ним.
Я не знала, что ему сказать, потому что в моей голове и душе была полнейшая неразбериха.
Это не могло повлиять на мое решение быть с ним, но я все еще не знала, как найти в себе силы смириться с тем фактом, что он долгое время намеренно хотел испортить мне жизнь.
В конце концов, я дорожила своей жизнью и своим здравием. Пусть со времени знакомства с Адамом это не раз подвергалось сомнению.
Его машину напротив моего общежития я увидела издалека. Высокая фигура Адама стояла, прислонившись к дверце, но он еще не заметил меня.
Я чуть притормозила, досадливо поморщившись. Ничего удивительного, что он здесь, ведь я целый день игнорировала его звонки. Прежде чем возобновить шаг, я отругала себя за то, что не переоделась, отправившись за ужином. На мне были светло-серые трикотажные штаны, подозрительно смахивающие на пижаму, темно-синий растянутый свитер и нательная белая майка. Мои волосы скреплял простой карандаш, не придавая прическе шика и элегантности.
Всплеск раздражения вперемешку с чувством радости от того, что вижу его, придал мне сил подойти к нему.
Заметив меня, Адам оттолкнулся от «Астон Мартин» и пошел навстречу мне.