– Продолжай, – выдохнула я, и мои веки вновь сомкнулись.
И он продолжил. Это было так непривычно, немного больно, и в тоже время заряды удовольствия разносились по моему телу. Зубы Адама смыкались на нежной коже моих бедер и живота, а после, когда на месте укуса оставались вмятины, он зализывал их языком и осыпал поцелуями.
– Мне нравятся мои следы на твоем теле, – после очередного укуса пробормотал он, рассматривая свою работу. – Это как если бы я оставил на тебе свою метку. – Он перевел взгляд на меня и, подняв руку, провел пальцами по моему рту. – Я хотел заклеймить тебя. Хотел, чтобы каждый знал, кому ты принадлежишь.
Я должна была бы ужаснуться, но это не было самое страшное признание с его стороны. Я даже не удивилась, что подобное больше не вводит меня в шок.
Наверное, я, наконец, в полной мере стала осознавать, кто такой Адам Эллингтон.
– Что случилось? Почему ты больше этого не хочешь? – Неожиданно мой голос почти не дрожал.
Адам обжог меня своим дьявольским взглядом.
– Кто сказал, что я не хочу?
– Ох.
Я резко выдохнула, расширив глаза.
– Не бойся, я не стану клеймить тебя. – Он склонился ко мне и прикусил мой левый сосок. – Но у меня просто крышу рвет от того, что кто-то может даже в мыслях трахать тебя.
Я не знала, что ему на это ответить. Боялась даже звук издать. Каждый раз, когда он говорил о других мужчинах, я представляла, как он сидит в машине в ту чертову ночь и слушает, как мы с Дином…
Мне хотелось кричать от того, что это случилось на самом деле.
Еще один пункт, который я бы исправила, будь у меня машина времени."
"– Разве выздоровление возможно для меня, пока я каждую минуту думаю, что кто-то может попытаться увести тебя у меня?
Он невесело хмыкнул. У меня горло запершило от того, что его мысли вновь приняли такой оборот.
Впрочем, Адам не стал останавливаться на этом. Приподнялся чуть выше и укусил меня за плечо.
– Оставь на мне свои следы, – севшим голосом попросила я. – Такие, которые долго не сойдут.
Адам недоверчиво, и в то же время с надеждой посмотрел на меня, как если бы я предлагала ему бесценный дар.
– Пусть они останутся завтра, послезавтра и через три дня, – осмелев, увереннее сказала я. – Даже если их никто не увидит, я буду знать, что они там и что ты тот, кто оставил их. Ты будешь знать, что они там.
– Ты не знаешь, о чем просишь меня, – приглушённо пробормотал Адам, но его глаза предвкушено блестели.
Я медленно кивнула.
– Знаю. Я хочу этого. И я говорю тебе: сделай это.
Его следующий укус был сильнее предыдущих. Очень больно. Я сжала губы, чтобы не закричать, когда его зубы прокусили кожу моего бедра до крови.
Раз. Два. Три. Четвертый на животе. Пятый под грудью.
На моих глазах выступили слезы, но я не проронила ни звука.
– Хватит.