Автор
В Грейсе и мужчине происходит борьба желаний — он страстно просит ее, а она сдерживается. В воздухе висит нервное напряжение, словно украдкой готовится сексуальный инцидент. Но Грейс сохраняет спокойствие, не поддаваясь на провокации и давление его взглядов.
И столько еще необходимо сделать, да еще и бабушка в больнице…
Подруги не были в курсе последних новостей, и я рассказала им о том, что бабуля неудачно упала и сломала бедро. Они мне посочувствовали, а после вновь вернулись к разговору о моем решении порвать с Дином.
– Грейс, думаю, ты совершаешь ошибку, – заявила всегда деликатная Эмми. – Этот парень нравился тебе больше года, и у вас все так хорошо стало получаться. Ты не думаешь, что торопишься с подобным решением?
– Эм, я не…
– Все это чушь, Грейс, – безапелляционно отрезала Лорен, когда я открыла рот.
Ладно, согласна, мои отговорки звучали неубедительно. Но что я должна была сказать? «Я расстаюсь с Дином, потому что один сумасшедший, деспотичный кретин заставил меня стать своей игрушкой на год, и потребовал, чтобы других мужчин в моей жизни не было»?
Нет, я так не думаю.
– Это мое решение. – Я развела руками, давая понять, что не хочу больше говорить об этом.
Я едва не подавилась собственным языком, сказав это. Я врала подругам, и я сама не верила в причины, по которым делаю это.
Мне уже не нравилась та Грейс, какой я стала, когда решила пойти на условия Эллингтона.
Что же будет дальше?
Тем вечером я получила сообщение от Дина, в котором он спрашивал, как прошел мой день и не хочу ли я встретится завтра. Я не стала отвечать, потому что струсила, и на всякий случай отключила телефон.
* * *Это было труднее, чем я думала. Нет, я ожидала, что порвать с парнем, который мне нравится, будет не просто. Но не ждала, что все окажется плохо, очень плохо.
Дин воспринял новость о том, что нам больше не следует видеться так, будто я сказала ему, что случайно переехала его любимого пса. Он был поражен и шокирован. Спрашивал, что он сделал не так, ведь казалось, что у нас все идет хорошо.
"Попрощавшись с ним, я поспешила в общагу и прорыдала в ванной за запертой дверью два часа, пока испуганные Эмми и Лорен уговаривали меня выйти, беспокоясь, что я наделаю глупостей.
Обессилив от слез, я стала понемногу успокаиваться, и меня начало клонить в сон. Наконец выйдя из ванной, я заползла в кровать, натянув на голову одеяло и отключилась.
