Автор
В середине марта 1909 года Лыков получил странный документ от знакомого. Вместе они прочитали прошение помощника на перевод в Одессу по личным причинам. Атмосфера тональности и загадочности придает книге особый шарм, готовя читателя к вы揭露更多的故事线索。
Вот взять стервеца за пищик и упаковать – много лучше. И по совести тоже лучше. Ты же на коронной службе. И ловил бы гада столь же усердно, если бы он убил не твоих родителей, а любых других людей. Ведь так?
– Ну… Возможно.
– Подумай и ответь честно.
– Ну… так. Убийца должен быть пойман в любом случае.
– Вот! – ухватился за эти слова Лыков. – Мы не мстим за твоих отца с матушкой. Иначе, извини, и правда надо увольняться. Мы ловим чудовище, уничтожаем зло. Тут Курлов, как ни крути, прав. Закон нельзя использовать для удовлетворения собственных желаний.
Вскоре в кабинете полицмейстера собрались пятеро. Ротмистр Кублицкий-Пиотух и его помощник губернский секретарь Черкасов были хорошо знакомы питерцам.
Лыков как старший в чине открыл совещание.
– Александр Павлович, что удалось сделать вашим людям до моего приезда? – спросил он полицмейстера.
Ротмистр откашлялся и пробасил:
– Пусть начальник сыскного отделения доложит.
Черкасов тоже откашлялся. Может, у них в Одессе так заведено? Потом губернский секретарь открыл блокнот и стал рассказывать:
– Убийство четы Азвестопуло и сиделки Сахаловер произошло днем двадцать девятого марта. Точное время нам не известно, тела были обнаружены лишь вечером, когда…
Тут он запнулся, перевел взгляд на Сергея.
– Когда их сын вернулся домой. Он немедля вызвал сыскную полицию и доктора. Осмотр места происшествия показал, что…
Черкасов опять запнулся.
– С вашего разрешения, я сам прочитаю все бумаги, которые накопились в деле.
– Пожалуйста.
– Переходите к тому, чего нет в бумагах. Доложите ваши выводы и что уже сделано в рамках дознания."
"– Хорошо, Алексей Николаевич. Вывод очевиден: убийство совершил Степан Балуца. Почерк его, такой ни с кем не спутать. И мотив ясен: месть за смерть брата.
